< Октябрь 2019 >
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31      
Подписка rss
Поиск Поиск
Дерьмо для русского "быдла"

07 июня 2013 года
Закладки

От редакции "РН": Днями в Воронеже на Платоновском фестивале  шквал негодований обрушился на спектакль "Педагогическая поэма" эстонского театра NO99, во время которого по задумке режиссера один из актеров полностью обнажается. Кроме того, на протяжении всего спектакля артисты матерились, ругались и демонстрировали гомосексуальные отношения, "творчески" трактуя одноименный роман Антона Макаренко и книгу Константина Станиславского "Работа актера над собой". На первом показе спектакля один из зрителей не выдержал происходящего кощунства, и обратился к артистам: "Вы, эстонцы, не уважаете русских, матом ругаетесь, девушек бьёте, голые расхаживаете...". Возмущенного гражданина, порвавшего билет, выпроводил из зала сам директор фестиваля, г-н Бычков, за ним тут же поднялись и другие люди. 

Что удивляет в произошедшем глуме? Многое поразительно, но более всего позиция, занятая воронежским губернатором Алексем Гордеевым, не увидевшим в произошедшем ничего страшного и обвинившим в скандале именно зрителей. Оказывается, по мысли федерального чиновника, возмущенные граждане должны были заранее почитать о постановке, и потом просто не ходить на нее. Несомненно, это новое слово в культурной политике. По-государственному так.

С Гордеевым почему-то категорически не согласен доктор филологических наук, профессор Воронежского гос. университета Дмитрий Чугунов, также присутствовавший на "пиршестве евродуха" и изложивший свои впечатления от увиденного, представленные ниже.

***

Ох...ный театр из Таллина, или Дерьмо для русского "быдла"
О втором дне Платоновского фестиваля. 
"Педагогическая поэма", по мотивам произведений А.Макаренко и К.Станиславского. Театр NO99 (Таллин, Эстония)

Я — русское "быдло". Так получилось. Служба, дом, дела, некогда в теантер выбраться, свой культурный уровень поднять. А тут вот — случай подвернулся. Аж из самого Таллина приехали, молодцы актёры, согласились даже на то, чтобы их столицу с одним "н" на конце в билетах пропечатали, не стали спорить с тёмными le bydlos, евросоюзов не ведающими.

Пошёл я, значит, окультуриваться. Оно ведь как — "Педагогическая поэма", внушает уважение! Макаренко там, Сухомлинский… А через два кресла от меня сидит и благоговейно на сцену смотрит сам г-н Бычков, директор Платоновского фестиваля. Духовность, одним словом, культур-мультур всякий. Тут меня и взяли в оборот.

Для начала на сцене изобразили хоккейную площадку, на которой стоял гроб. Потом вышли босиком человек шестнадцать прибалтийских пейзан: вьюношей и девиц нежного возраста. А к ним из гроба поднялась слегка престарелая мадам, потребовавшая сигаретки. Минут десять они её укуривали с четырёх рук, а мадам кривлялась и жеманилась. Однако, покурив, всех построила и заставила долго-долго мыть сцену.

Мыли они её творчески, то демонстрируя публике свои зады в обтягивающих лосинах, то позволяя заглянуть за линию корсажа, где у некоторых девиц побалтывались упругие перси. Иногда, возбудившись при виде ведра или тряпки, начинали тереться друг о друга нижней частью живота. А слегка престарелая дама ходила между юной порослью граждан Евросоюза и то заставляла всех строем маршировать a la гитлерюгенд, то похохатывала в духе русской классики, то фальшиво-драматически восклицала: "Не верю!" В зале, кстати, тоже посмеивались, забыв бессмертное: "Над кем смеётесь, господа?"

Да, забыл сказать. Всё это происходило на… эстонском языке. С субтитрами над сценой. По-русски им западло играть. Это пусть мсье Хворостовский на итальянском арии учит. Ну или там на немецком, на англицком поёт. А эти, из Таллина, гордые, язык оккупантов знать не знают. Чтобы уж совсем не выглядеть плохишами, слегка престарелая мадам разрешила им произнести два слова: "космос" и "океан" — на том и успокоились. При том, что текст пьесы напоминал в переводе словарные конструкции из учебника для первого класса. "Мойте пол", "смейтесь", "дайте сигарету", "почему ты смеялся?", "не верю"…

Бедный Станиславский, наверное, в гробу перевернулся. Потому что дальше стали показывать репетиционные будни театрального факультета в академии искусств. Упражнения на чувство коллеги на сцене. Упражнения на дикцию. Упражнения на вживание в образ. Изобразите собачку. Изобразите мячик. Попрыгайте, детки, поиграйте в салочки. Потритесь друг о друга, похватайте за гениталии, почешите гениталии, повыпячивайте гениталии…

Педагогише поэма, одним словом.

Вот здесь не выдержал и ушёл из зала первый зритель. Молча, скромно, стыдясь, что ему — в его родном доме — на голову вывалили ведро дерьма. Это была женщина, настоящая и чистая русская женщина, которая уже угадала, что будет дальше.

Сказать, что актёры не ведали, что творят, нельзя. Они ведали. Они внимательно следили за реакцией зрителей. Пройдёт или не пройдёт та или иная пошлость? Задрать маечку по грудь или можно совсем снять? А может — и штаны снять и так по сцене покататься, имитируя стоны и экстаз?

Как, даже такое этот русский пипл схавает? Ну, тогда…

В общем, педагогише поэма содержала в себе поцелуи девочек с мальчиками, мальчиков с мальчиками, девочек с девочками, поцелуи со своим кулаком, поцелуи чужого кулака, которым только удовлетворяли себя, мечтая о чужой девочке, групповые поцелуи… Были ещё смелые хватания за грудь друг друга…

Несомненным творческим шедевром стала двухминутная пламенная истерика на эстонском нецензурном. Русские субтитры были идентичны, так что Станиславский поверил бы сразу, когда бы прочитал все вариации матерных обозначений попы и писи и все вариации их взаимного употребления. Да как пламенно это звучало со сцены! Это вам не то что недавний закон о курении нарушать — это сразу и "16+" превзошли, и на статьи из Уголовного Кодекса накричали. Правда, о Кодексе только нетолерантные и некультурные люди вспомнят, жлобы-с, конечно. Не понимают они благородного европейского перформанса, не знают наследия Рабле.

А чтобы тёмный русский зритель хоть чуть-чуть прикоснулся к европейской культуре и повысил свою духовность, один вдохновенный актёр снял штаны совсем. И трусы снял, тоже совсем. И всем показал свой талант! А чтобы и его коллеги талант почувствовали, он с талантом наперевес стал за ними гоняться и одного таки догнал, повалил…

Пока г-н Бычков благоговел и высокодуховная публика согласно смеялась, в зале разразился скандал. Один дядя (такой же жлоб, как и я) решил отчего-то билет свой публично порвать и в лицо актёришкам-то и бросить.

Да ещё горестные слова начал произносить. О каком-то позоре кричал. О том, что актёры свой же Таллин позорят, который всегда был чистым городом, а не помойной канавой, из которой этот театр к нам явился.

Не понял этот дядя высокой культуры. Ох, не понял. Г-н Бычков стал его выпроваживать, а высокодуховная публика на галёрке г-на Бычкова и актёров поддерживать. Как же так: на сцене ведь ещё не покакали (хотя попукали) и не предложили кому-нибудь орально удовлетворить его? За что же деньги уплочены, а? Уйдешь так — и недобор окультуривания получится.

Так и выпроводили. Только с дядей тем и половина зала ушла. Не толерантные общечеловеки, а стыдливые русские люди ушли. Не захотелось больше дерьмо хлебать.

***

Скандал во время эстонского спектакля на Платоновском фестивале:

 

***

Источник: 1, 2, 3, 4

Популярное
Обсуждаемое
Рекомендуемое

Loading...