< Сентябрь 2020 >
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30        
Подписка rss
Поиск Поиск
Переворот на берегах Нила: о чем думала "партия дивана"

09 июля 2013 года
Закладки

От редакции "РН": Последние дни мы с волнением наблюдаем новую волну хаотизации мира — начинающуюся гражданскую войну в Египте — некогда влиятельнейшей стране Ближнего Востока. В связи с этим актуальна информация и внутренние обстоятельства от очевидца происходящего — казанской журналистки Лилии Ахмадеевой, волею судьбы и семейных обстоятельств проживающей ныне в столице Египта Каире, и изучающей арабский язык и культуру Египта. Ее материал опубликован в деловой газете Татарстана "Бизнес-Оnline" 6 июля 2013 года. 

***

"КРАСНЫЕ КАРТОЧКИ" ПРЕЗИДЕНТУ

Когда в Египте происходят очередные беспорядки, меня часто спрашивают: "Ну как ты там, в безопасности? Что происходит вокруг?" Я всегда отвечаю: "Если не включать телевизор, то все в порядке". Каир — город огромный, жизнь в спальных районах течет размеренно, невзирая ни на какие революции. Люди выходят на улицу, сидят в кафе, совершают шоппинг, занимаются своими делами. До площадей, где кипят основные страсти, далеко.

Однако в день переворота, 3 июня, и на периферии было понятно, что происходит что-то неладное. Улицы притихли: тот, кто не пошел митинговать, сидел дома перед телевизором и следил за новостями. Никто в Египте, кажется, не смог проигнорировать происходящее. Атмосферу поддерживали крики дворовых мальчишек, неизвестно откуда нахватавшихся революционных частушек:

  • Morsi, you must go!
    Understand or no?

Во всех новостях — картинки с Тахрира и проспекта, ведущего к президентскому дворцу Иттихадия, где огромная толпа потрясала флагами и "красными карточками" президенту с одним единственным словом "эрхал", что в переводе с арабского означает "уходи". На огромное административное здание на площади Тахрир проецировались мерцающие надписи, например "меш ханемши — хуа ямши!", что означает

"не мы уйдем — он уйдет!". 2,5 года назад этот стих скандировали в адрес Хосни Мубарака, а теперь он адресован первому демократически избранному президенту Мухаммеду Мурси. Полное дежавю.

На других, проихванских каналах — кадры с площади ар-Рабиа эль-Адавея — не менее экзальтированные сторонники Мурси потрясают его портретами и религиозными лозунгами. Толпа пестрая: не сплошь и рядом бороды и никабы, встречаются и обычного вида парни в джинсах, и женщины с непокрытой головой. В обоих лагерях — совершенно разношерстое общество, и сказать, что тут, мол, прогрессивные либералы, а здесь — радикалы–исламисты, нельзя. Всякий народец собрался на площадях: и интеллигенция, и верующие, и женщины с детьми. Как метко подметила востоковед Елена Супонина в материале РИА "Новости": "Есть и те, с кем страшно оказаться рядом плечом к плечу, это будто в обнимку с бомжами на жаре под 50 градусов".

***

ЕГИПТЯНЕ ОТПРАЗДНОВАЛИ НОВЫЙ ВИТОК НЕСТАБИЛЬНОСТИ СТРАНЫ

Примерно в 19 часов по местному времени тихая улица вдруг разразилась криками и громкими хлопками, которые я поначалу приняла за выстрелы. В этот момент я разговаривала с родственниками в России, отвлекшись от происходящего, поэтому в ситуации сориентировалась не сразу. Из новостных лент стало понятно, что армия озвучило ключевое послание — Мурси больше не президент.

Вплоть до глубокой ночи улица ликовала: крики людей, непрерывные гудки автомобильных клаксонов, свист и оглушающие взрывы петард и фейерверков. Египтяне старались, кто во что горазд, выражая свою радость. Жители соседнего с моим дома врубили на полную мощь патриотические песни, танцевали и хлопали в ладоши, дети оглушительно кричали, женщины принялись пронзительно улюлюкать особенным образом, как это принято на египетских свадьбах. Правда, иногда к гулу ликования примешивались совсем не праздничные звуки — их издавали лопасти военных вертолетов, патрулирующих город.

Сразу после заявления армии перестала работать сотовая связь, как это иногда бывает в Новый год в России, когда вы без десяти минут полночь пытаетесь поздравить маму по телефону. Египтяне перегрузили линии связи, спеша поделиться своими чувствами по поводу происходящего. Я не знаю, как выражали свою скорбь те, кто болел за Мурси: радость его противников была явно громче.

***

КРАТКИЙ КОНСПЕКТ СОБЫТИЙ

Для тех, кто не следил за новостями из Египта, хотя игнорировать их было очень трудно, напомню самую суть событий. 30 июня на площадях в разных городах страны собрались протестующие против режима президента Мурси и "Братьев-мусульман". По примерным оценкам, их было несколько миллионов человек, больше всего — в Каире, на площади Тахрир и возле президентского дворца Иттихадия. Одновременно с этим вышли митинговать сторонники нынешней власти — в другой части столицы, на площади ар-Рабиа эль-Адавея. Исламистов было меньше — сотни тысяч, что тоже довольно-таки значительное количество. Многие из них приехали в Каир из других городов специально, чтобы подкрепить столичных братьев своей численностью.

В преддверии 30 июня в Каире и других городах прошли митинги обеих сторон, были вооруженные стычки. Молодежное движение "Таммаруд" ("Бунт") объявило о том, что за отставку президента по всему Египту собрано около 22 млн. подписей.

Предчувствуя потрясения, за пару дней до восстания Мурси пошел на уступки: предложил поправить слишком исламистскую Конституцию и поскорей провести выборы в парламент.

Однако на общую ситуацию это уже никак не могло повлиять.

30 июня все не обошлось одними митингами: ночью был взят штурмом и разграблен офис "Братьев-мусульман". Реакции от президента не последовало: Мурси, уже в который раз во времена кризиса, предпочел отмолчаться.

На следующий день митингующих с обеих сторон только прибавилось. Вечером 1 июня командование Вооруженных сил выступило с обращением, в котором отвело противоборствующим сторонам на урегулирование конфликта 48 часов, в противном случае пообещало, что вмешается и возьмет события под свой контроль. Фактически это стало ультиматумом Мурси — уйти со своего поста добровольно, хотя месседж военных состоял из замысловатых и двусмысленных фраз по всем канонам арабского красноречия. Один за другим ушли в отставку несколько министров и ряд других крупнейших чиновников.

2 июня народ вновь вышел на митинги, а президент, наконец, обратился к нации с 45-минутной эмоциональной речью, в которой слово "легитимность" встретилось не меньше 200 раз. Суть ответа Мурси была такова: как законный избранный президент он не может предать интересы голосовавшего за него электората и готов пожертвовать жизнью, охраняя конституционный порядок. Речь "завела" как противников, так и сторонников президента.

***

КУЛЬМИНАЦИЯ, ПОБЕДА И САЛЮТ

Разворачивающаяся по всем литературным канонам драма обрела кульминацию 3 июля, когда истек срок 48-часового ультиматума военных. Главнокомандующий ВС Абдельфаттах ас‑Сиси в телеобращении к нации заявил о том, что с Мурси снимаются полномочия президента, временно исполняющим обязанности становится председатель Конституционного суда Адли Мансур. Действие исламистской Конституции приостановлено, начинается формирование временного правительства, которое займется кризисным управлением и подготовкой к парламентским и президентским выборам. Свое добро на это решение дали духовные лидеры египтян — шейх университета аль-Азхар Ахмед ат-Тейиб и патриарх Коптской церкви Теодорос II. Мурси взяли под домашний арест, 300 членов "Братьев-мусульман" арестовали, а их лидеров отправили в ту же тюрьму, где сидит Хосни Мубарак. Прекратили вещание все проихванские телеканалы, включая каирское бюро аль-Джазиры. Сторонники президента оказались в информационном вакууме.

4 июля армия устроила над Тахриром грандиозное авиашоу для пришедших на площадь "отметить победу". Повсюду гремел салют. Египтяне смеялись и плакали, танцевали, размахивали флагами, обнимались с полицейскими — настоящее братание демонстрантов с совсем недавно еще ненавистными силами правопорядка. В это же самое время на двух других площадях, где обосновались сторонники президента, военные на бронетехнике и отряды полиции взяли протестующих в кольцо, выпуская всех желающих, но не пропуская внутрь никого (тем самым лишив сторонников Мурси еды и воды). Таким образом силовики пытались заставить их разойтись по домам.

Тем временем

появилась реакция международного сообщества: первыми поздравили Египет с переворотом Саудовская Аравия и Эмираты (враги Мурси, друзья Мубарака), затем сдержанные отзывы США и Европы

(никакой особой критики, впрочем, не содержащие), а также резкое осуждение одинокой в своем мнении Турции.

Как говорится, финита ля комедия. На повестке дня в Египте — не обсуждение переворота с точки зрения хорошо-плохо, а кто станет новым техническим премьером в переходном правительстве. Кандидатура номер один — лидер оппозиционеров Мухаммед эль-Барадеи, нобелевский лауреат. Вероятно, в этот кабмин войдет кто-то из молодежных движений. Свои услуги новой власти предложили и салафиты, давно отвернувшиеся от Мурси и не меньше либералов ратующие за его низложение. "Братья-мусульмане" от сотрудничества с "узурпаторами" отказались, хотя их неоднократно к этому призывали. Совершился переворот в полном смысле этого слова, с ног на голову: теперь исламисты — это политические маргиналы и некабинетная оппозиция…

***

КТО ЭТО ТАКИЕ — "ПАРТИЯ ДИВАНА"?

Так египетские СМИ назвали примерно 20 млн. египтян, не принимавших в последние годы участия в политической жизни и предпочитающих наблюдать за происходящим по телевизору. В основном это обеспеченные и образованные люди, которые потенциально могли бы сформировать в Египте продуктивный средний класс и влиять на политику. Однако в стране пирамид они образовали отрицательный электорат, игнорируя выборы и занимая позицию "против всех". По одной из версий, именно они в этот раз изменили расстановку сил между противниками и сторонниками режима, выступив против Мурси. Правда, они не присоединились к во многом маргинальному Тахриру, а предпочли устраивать небольшие пикеты прямо возле своих домов и вилл в благополучных районах Каира.

Все мое окружение в Египте, пожалуй, можно отнести к "партии дивана". Последние два года оно интересуется происходящим, не занимая какую-то одну сторону, подвергая критике как исламистов, так и оппозицию. И та, и другая сторона отличается слабостью аргументов, популизмом, подменой понятий, некрасивыми жестами… И вообще, оба политических лагеря в последний год вели себя так, что отвратили от себя любого думающего человека.

Почему "партии дивана" не нравятся "Братья-мусульмане"? Потому что она считает безнравственной идею использования ислама в политических целях. Потому что этим людям не чуждо понятие самоидентичности Египта.

Они хотят, чтобы национальные опера и балет продолжали работать, а не были закрыты, как это предлагали исламисты, а "языческие" памятники истории и архитектуры оставались на своих местах. Чтобы в литературе присутствовало такое направление, как сатира, а каждого второго журналиста не сажали за оскорбление религии. "Партия дивана" не хочет средневековья: ей не нравятся законопроекты о прощальном сексе с мертвой женой или о понижении возраста вступления в брак до 8 лет.

***

ПОДПОЛЬНАЯ БОРЬБА У НИХ ПОЛУЧАЕТСЯ ЛУЧШЕ, ЧЕМ ОТКРЫТОЕ РУКОВОДСТВО ГОСУДАРСТВОМ

Махмуд Абд эль-Карим — финансовый аналитик, высказал свою точку зрения для газеты "БИЗНЕС Online":

— У "Братьев-мусульман", как организации надгосударственной, и цели соответствующие, не сосредоточенные на самом Египте. Они преследуют свои интересы, и для страны это не очень хорошо. Подпольная борьба у них получается лучше, чем открытое руководство государством, они идеалисты, а не менеджеры-технократы. Они увлекли за собой бедных и необразованных людей темой ислама. Но любой, кто разбирается в религии, знает, что борьба за власть — это не путь искреннего мусульманина. Но, даже оставив в стороне вопросы морали и религии, остается вопрос компетентности. Что сделал Мурси за этот год для экономики? Ничего. В наследство от его правления нам остался лишь обвалившийся фунт.

Оппозиция нравится "партии дивана" нисколько не больше, чем исламисты. Во-первых, ее лидеры всем скопом пошли на президентские выборы и дружно провалились еще в первом туре. В целях реванша последовала поначалу действительно безосновательная критика Мурси. Оппозиция самоудалилась, якобы в знак протеста, сначала от работы над Конституцией, а затем и вовсе из парламента, где получила меньшинство, но все-таки получила места. Гораздо интереснее было одиноко сидеть в палатках на Тахрире, нападать на партию власти в эфирах ток-шоу и подстрекать уличные толпы к бесконечным демонстрациям, чем выполнять повседневную политическую работу по разработке законов и представлять своих избирателей.

— Я убежден, что оппозиция — это голос прежнего режима, и поддерживается именно им, — продолжает мой собеседник. — Да, Мухаммед эль-Барадеи — гений, но рулит процессами совсем не он, а чиновники и бизнесмены, которые чувствовали себя очень даже хорошо во время Мубарака, а вот новые власти с дотошностью принялись проверять их финансовую отчетность. С какой готовностью телеканалы заняли антиихванскую позицию, как яростно критикуют Мурси! Олигархи, которые владеют медиахолдингами, явно скучают по старым добрым временам. Они и создали условия для переворота, "заводя" людей с помощью СМИ, поддерживая протесты финансово. Мой друг работает в сети салонов сотовой связи НТС, и всему штату, например, дали выходные с условием, чтоб они пошли на митинг против Мурси. Все не так просто. Нобелевский лауреат, молодежные активисты — все они просто пешки.

***

И МНОЖЕСТВО ТРЮКОВ, КОТОРЫЕ МОЖНО БЫЛО ОБНАРУЖИТЬ НЕВООРУЖЕННЫМ ГЛАЗОМ

Действительно, СМИ оказались в эти дни предельно политизированы, большинство открыто заняли сторону оппозиции. Одни выставили в новостной эфир красные таблички манифестантов с надписью "Уходи!", другие включили табло отсчета до конца времени, отпущенного президенту военными. Эта довольно возмутительная деталь не осталась без внимания тех, кто имеет хоть какое-то понятие о профессиональных стандартах работы масс-медиа.

Совершенно не импонирует "партии дивана" информационная война, развязанная против президента-исламиста накануне его свержения, и множество трюков, которые можно было обнаружить невооруженным глазом.

Например, искусственно нагнетаемая обстановка с топливом, сильно раздражающая обывателей. Сетями АЗС было передано по льготной цене обычное количество бензина, никаких объективных причин для дефицита, а заправки в Каире накануне переворота часто оказывались закрытыми. "Почему нет бензина? — Из-за Мурси!" — авторитетно заявляет подросток-заправщик с тремя классами образования за плечами. Примерно таким же аргументом беззастенчиво пользовалась оппозиция при обсуждении любых проблем в египетском государстве, что порой просто оскорбляло разум.

Так или иначе, а в дни переворота или "откорректированной революции", как ее окрестили российские дипломаты, "партия дивана" склонилась не в сторону легальной власти. Опрометчивые действия последних месяцев перевесили, да и честно говоря, кого-то беспомощнее Мурси в роли президента трудно себе представить, а надежда на лучшее все же остается. Египтяне по натуре своей — оптимисты.

Источник

Популярное
Обсуждаемое
Рекомендуемое

Loading...