< Февраль 2020 >
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29  
Подписка rss
Поиск Поиск
Иран и Таможенный Союз

16 ноября 2013 года
Закладки

От редакции "РН": Евразия пришла в движение, созидательное движение. Уже известно заинтересованности Индии, Вьетнама, Сирии вступить в Таможенный союз, высказанных на самом высоком уровне. Но, оказывается, и Иран последовательно стремится в наши интеграционные обьединения. Об этом, в частности, заявлено в недавнем выступлении "Исламская Республика Иран и региональное сотрудничество в Евразии" главы МИД Ирана  Али Акбар Салехи. О том, что Иран просится в Евразийский союз, указывают и авторитетные эксперты (Раджаб Сафаров, Николай Кольчугин, Денис Дворников).

Приводимая ниже свежая редакционная статья ресурса Иран.ру приводит аргументы важности участия Ирана в ТС. О том, что текст нерядовой, свидетельствует его перепечатка на своем сайте российским посольством Исламской Республики Иран. Поразительно, но в статье критикуется "обветшавший курс на место в европейской политике... образно говоря хоть через окно туда влезть" в борьбе за Украину. Взамен авторы рекомендуют обратиться к "экономическому прагматизму" и не игнорировать в евразийском контексте Иран.

*** 

Предложенный президентом Владимиром Путиным проект евразийской интеграции, прямым следствием которой стал Таможенный союз (ТС), дает России шанс сохранить в XXI веке статус ключевого игрока на международной арене. Провал этого проекта грозит огромными репутационными издержками и окончательным разделом постсоветского пространства между США, ЕС и НАТО с одной стороны и Китаем — с другой. Многое сейчас зависит от того, куда пойдет расширение ТС — вдогонку за миражами или же по пути геополитических и геоэкономических реалий.

Естественно, что столь высокая значимость процесса евразийской интеграции вызывает самое пристальное внимание к будням Таможенного Союза. По итогам октябрьской встречи глав государств-членов ТС в Минске вновь заговорили о "кризисе интеграции", о кризисе как, собственно, Союза, так и его концепции. Нынешние рассуждения о кризисе корнями своими уходят в "украинский вопрос".

Конкуренция за Украину между ТС и ЕС — это, по большому счету, следование обветшавшему курсу на место в большой европейской политике, стремление, образно говоря, хоть через окно туда влезть. Две-три сотни лет назад это действительно было необходимо.

Но времена изменились, XXI век все больше становится временем Востока, временем Азии, куда и смещается мировой баланс сил и интересов.

***

МЕЖДУ ТУРЦИЕЙ И ИНДИЕЙ: МЕТАНИЯ ДВУХГЛАВОГО ОРЛА

В Минске состоялось заседание высшего Евразийского экономического совета, 24 октября 2013 г.

Своеобразным признаком того, что это понимают в руководстве ТС, стал "обмен" репликами между Нурсултаном Назарбаевым и Владимиром Путиным все в том же Минске. По словам Нурсултана Назарбаева президент Турции обратился к нему с просьбой вступить в Таможенный союз и он лично предлагает принять Турцию. А Владимир Путин в ответ сказал, что "только что у нас в гостях был наш большой друг премьер-министр Индии. Он просил меня поставить вопрос на нашей сегодняшней встрече о том, что Индия хотела бы рассмотреть возможность подписания договора о зоне свободной торговли с Таможенным союзом".

Метания между Анкарой и Дели завершились решениями по Армении и Киргизии, тоже, впрочем, заключающими в себе ряд нюансов. Сроки присоединения Еревана к ТС четко не определены. После обсуждения с Бишкеком так называемой "дорожной карты" в конце лета — начале осени нынешнего года, киргизская сторона предъявила претензии на "компенсацию" за вступление в ТС, которая, по большому счету, является своеобразной "платой за лояльность" киргизским элитам.

***

ПРОВАЛ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ ГЕОГРАФИИ И ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ПРАГМАТИЗМ

У любого нормального эксперта давно уже возникает вопрос, в полной ли мере "архитекторы" постсоветской и евразийской интеграции знакомы с географическими картами. Если проанализировать дискуссии, проходившие в рамках ШОС, ОДКБ, а теперь — и Таможенного Союза, то можно с удивлением обнаружить, что ключевая держава региона, отношения с которой являются ключом к целому ряду проблем — Исламская Республика Иран — полностью выпадает из обсуждения в качестве перспективного члена евразийских объединений.

Этот "заговор молчания" вокруг Ирана лежит вне нормальной политической логики. Обсуждать тему участия в Таможенном Союзе члена НАТО, связанного, кстати, с Евросоюзом соглашением об интеграции в общий рынок и входящего в таможенный союз с ЕС аж с 1995 года — можно. "Как Турция может находиться одновременно в рамках таможенного союза и Европейского, и Евразийского?" — ни у кого такой вопрос не возникает. "Почему Иран не может принимать участия в работе Таможенного Союза?" — столь очевидный вопрос даже не ставится. И ладно бы с ней, с географией, которая неполиткорректно напоминает, что до Ирана все же ближе, чем до Индии.

Речь в данном случае идет и об утрате экономического прагматизма, который, как нам говорят, лежит нынче в основе российской внешней политики. Что означает для Таможенного Союза присоединение к нему Ирана, пусть пока, на переходный период, в виде зоны свободной торговли?

Первое. Иран может стать крупным торговым партнером России на Среднем Востоке, обширным рынком сбыта российских машин, оборудования, транспортных средств, металлопродукции и пиломатериалов, то есть — продукции высокого передела.

Очевидность этого показал период с 2006 по 2011 годы, когда торговый оборот с Ираном вырос с $2,1 до $3,7 миллиардов, причем российский экспорт составлял $3,4 миллиарда, а импорт из Ирана — $351 миллионов. Собственно, и сам российско-иранский оборот может скачкообразно вырасти до $10-15 миллиардов в ближайшие два-три года, поскольку большую долю в нем составит не сырье, а продукция высокого передела и НИОКР. Учитывая уже накопленный экономический, научно-технический и оборонный потенциал Исламской Республики, ее присоединение к Таможенному Союзу даст значительный прирост общего ВВП стран-участниц.

Второе. Через сотрудничество с Ираном ТС получит выход на рынки Среднего Востока и доступ к важнейшим транзитным маршрутам. Можно с уверенностью сказать, что участие Ирана в ТС сделает сам Таможенный Союз интересным проектом для "зоны Большого Ирана", простирающейся от Аравии до Пакистана, вызовет повышенный интерес Востока к геополитическим планам Путина и его команды.

Третье. Зона свободной торговли с Ираном повлечет за собой присоединение к ней Пакистана и Индии, причем не искусственным, как сейчас, а вполне естественным путем, в силу реалий экономического развития. Ситуация с геополитической ориентацией и Индии, и Пакистана до конца не определена. Вашингтон и Пекин ведут активную борьбу за включение их в зону своего влияния, и ТС станет для Дели и Исламабада лучшим способом сохранения баланса во внешней политике, к которому оба государства так стремятся.

Четвертое. Внутренний рынок ТС после создания этой зоны свободной торговли становится более устойчивым по отношению к экспансии китайских товаров, причем у них появится реальная конкуренция. Китай сегодня с недоверием смотрит на начинания в рамках Таможенного союза, подозревая Москву в желании отгородиться протекционистскими барьерами, но его позиция в отношении большого евразийского рынка серьезно изменится, когда Пекин поймет, что рынок этот начинает формироваться без него. Соответственно, и уступчивости у него несколько прибавится.

Пятое. Россия, Казахстан и Иран, действующие в рамках единой экономической стратегии получают возможность осуществления крупных инфраструктурных проектов на Каспии, что является давно назревшей необходимостью. Есть и шестое, и десятое в этом списке экономических выгод. Нет только никаких "Нью-Васюков", поскольку каждый пункт из вышеприведенного списка можно дополнить конкретными экономическими выкладками. Сейчас мы это не делаем исключительно в силу того, что формат нашей статьи в этом случае выйдет за рамки разумного.

***

ИРАН, ТС И ГЕОПОЛИТИКА

На днях в Сеуле проходила крупная конференция по Евразии, участники которой подчеркивали: евразийское пространство едино, и его восточная оконечность не менее заинтересована в больших трансконтинентальных проектах, чем западная. Практического воплощения, пусть пока только на уровне концепций, у евразийского единства только два — американская стратегия "Нового шелкового пути", которая, по сути, является своеобразным "шампуром для региона" и направлена на закрепление западного контроля Евразии.

И Таможенный Союз как предтеча союза Евразийского, обеспечивающий развитие стран-участников в рамках собственных интересов. Доказательством служит несколько моментов геополитической эффективности блока "Таможенный Союз + Иран".

Его возникновение снимает вопрос о вступлении, а главное — об экономических перспективах Армении. Его возникновение делает реальностью обсуждаемую сегодня идею присоединения к Таможенному Союзу Сирии. Его возникновение повысит привлекательность ТС для остальных государств Центральной Азии, поскольку для них откроются и новые экономические, и новые транзитные возможности. И что, наверное, наиболее актуально сейчас — его возникновение остановит разрыв "пространства СНГ", которое стремительно скатывается к "точке невозврата".

Не стоит, вероятно, даже и говорить, что целый ряд вопросов региональной безопасности, как, собственно, и архитектура этой безопасности начнут выглядеть совершенно по-иному. Россия и ее партнеры в глазах международной общественности получат право на активизацию внешней политики в целом ряде регионов, а именно Центральной Азии, Кавказа, ЮВА и даже Персидского Залива, поскольку речь будет идти о "защите экономических интересов", действии более чем понятном для остального мира. У США и НАТО будут серьезно ограничены возможности для экспансии и разрушения сложившегося баланса сил в регионах. И не в силу военной угрозы Таможенного Союза, а по той простой причине, что теперь эта экспансия потребует огромных экономических затрат, на которые ни США, ни их союзники идти не готовы.

По большому счету, блок "ТС + Иран" ломает сложившуюся к сегодняшнему дню западную экономическую схему, при которой часть Востока "выпадает" из мировых экономических связей. Нас пытаются уверить, для целого ряда государств (таких, например, как Афганистан, Киргизия, Таджикистан, отчасти — Монголия, Вьетнам и Кампучия) сегодня "нет ниши в системе производства". Что единственно возможное для них занятие — это либо передача собственных природных ресурсов под управление транснациональных корпораций, либо "развитие туризма". Так вот, блок "ТС + Иран" способен стать альтернативой такого геоэкономического социал-дарвинизма.



***

Нестандартный, рвущий все шаблоны ход — присоединение Ирана к ТС — способен в корне изменить перспективы Таможенного Союза, сделав его самым популярным и значимым проектом ближайшего десятилетия. Но любое интеграционное образование, будь то Таможенный Союз, будь то зона свободной торговли "ТС + Иран", требуют длительной и кропотливой работы. И не столько потому, что необходимо отработать политические и правовые возможности и полномочия, скорректировать принципы функционирования, свыкнуться с новыми политико-правовыми реалиями. Главное здесь — четкое понимание взаимной выгоды и политическая воля к ее достижению, поскольку,

если идея собственно Таможенного Союза вызывает у Запада негативную реакцию, то уж идея "ТС + Иран" вызовет волну ненависти. Впрочем, Россия сейчас в таком положении, что одобрения Запада не дождется ни при каких обстоятельствах, кроме как сменой режима и полной капитуляцией. Но нам это нужно?

Стремясь вывести отношения с Ираном из тупика, в которые сами их и загнали, политические элиты США сделают все, чтобы не допустить российско-иранского сближения. Евразийская интеграция, да еще и включающая в себя базовым элементом Иран — настоящий геополитический кошмар Запада, который он попытается сорвать всеми доступными способами. Предотвратить это можно только шагами на опережение, встречными инициативами и предложениями Исламской Республике, которая не сможет от них отказаться. И первыми шагами Запада и США, чтобы остановить движение Ирана в сторону России и ТС, станут отмена всех санкций и массированные инвестиции в экономику Ирана, в том числе в такие лакомые сферы как нефтегазовая, энергетическая, промышленная и военно-техническая.

Осторожный оптимизм в отношении российского поворота на Восток внушают слова Сергея Лаврова, сказавшего, что "Таможенный союз — это не замкнутый блок, он открыт к взаимодействию с другими странами". Но деклараций сегодня уже мало. Необходим решительный шаг, способный придать новый импульс евразийской интеграции. Необходим качественный рывок вперед, который заставит мир поверить в то, что ТС — всерьез и надолго. И через эту веру — серьезно отнестись к роли России на международной арене.

Источник: 1, 2

Популярное
Обсуждаемое
Рекомендуемое

Loading...