< Май 2017 >
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31        
Подписка rss
Поиск Поиск
А.И.Солженицын об Украине: актуальные заметки

18 декабря 2013 года
Закладки

11 декабря 2013 года исполнилось 95 лет со дня рождения Александра Исаевича Солженицына. Эта памятная юбилейная дата выпала на тяжелейший политический кризис, в котором оказалась современная Украина, встав перед разделившим страну выбором между интеграцией в Евро или Таможенный союз. В этой связи, предлагаю подборку очень актуальных заметок из произведений А.И.Солженицына о России и Украине, их единстве и разделении, особенностях украинского национализма, русских территориях и русском населении современной Украины, русском и украинском языке, интересах Запада и США и собственном проекте воссоединения.

***

ОБ ИСТОРИЧЕСКОМ ЕДИНСТВЕ И ПРОИЗОШЕДШЕМ РАЗДЕЛЕНИИ

"Сам я — едва не на половину украинец, и в ранние годы рос при звуках украинской речи. А в скорбной Белоруссии я провел большую часть своих фронтовых лет… К тем и другим я обращаюсь не извне, а как СВОЙ. Мы все вместе истекли из драгоценного Киева, "откуду русская земля стала есть", по летописи Нестора, откуда и засветило нам христианство. Одни и те же князья правили нами: Ярослав Мудрый разделял между сыновьями Киев, Новгород и все протяжение от Чернигова до Рязани, Мурома и Белоозера; Владимир Мономах был одновременно и киевский князь и ростово-суздальский; и такое же единство в служении митрополитов. Народ Киевской Руси и создал Московское государство. В Литве и Польше белорусы и малороссы сознавали себя русскими и боролись против ополяченья и окатоличенья. Возврат этих земель в Россию был всеми тогда осознаваем как ВОССОЕДИНЕНИЕ" ("Как нам обустроить Россию", 1990 г.)

"Сегодня отделять Украину — значит резать через миллионы семей и людей: какая перемесь населения; целые области с русским перевесом; сколько людей, затрудняющихся выбрать себе национальность из двух; сколькие — смешанного происхождения; сколько смешанных браков — да их никто "смешанными" до сих пор не считал. В толще основного населения нет в тени нетерпимости между украинцами и русскими" ("Как нам обустроить Россию", 1990 г.)

"не могу отнестись без пронзающей горечи к искусственному разрубу славянства восточного. Вмиг разрезаны миллионы и миллионы семейных, родственных и дружеских связей. Разруб этот произведен беспечным, небрежным махом нашей ново-демократической власти. Но — и

по обреченной пассивности нынешнего русского народа; и его 12-миллионной части, живущей на Украине, и вдвое большего числа тех на Украине, кто своим родным языком в последнюю перепись (1989) заявил — русский. Легко дали себя убедить, что от разделения с Россией им станет сытней ("колбасней")" ("Россия в обвале", 1998 г.)

***

О РУССКИХ ТЕРРИТОРИЯХ СОВРЕМЕННОЙ УКРАИНЫ

 

"Беда не в том, что СССР распался, — это было неизбежно. Огромная беда — и перепутаница на долгое будущее — в том, что распад автоматически произошёл по фальшивым ленинским границам, отхватывая от России целые русские области" ("Русский вопрос к концу XX века", 1994 г.)

"Тут надо сказать о нынешней Украине. Не говоря о быстро перелицевавшихся украинских коммунистических вождях, — украинские националисты, в прошлом так стойко боровшиеся против коммунизма, во всём как будто проклинавшие Ленина, — отначала же соблазнились на его отравленный подарок: радостно приняли фальшивые ленинские границы Украины (и даже с крымским приданым от самодура Хрущёва)" ("Русский вопрос к концу XX века", 1994 г.)

"В самостоятельном развитии — дай Бог Украине всяческого успеха. Отяжелительная ошибка ее — именно в этом непомерном расширении на земли, которые никогда до Ленина Украиной не были: две Донецкие области, вся южная полоса Новороссии (Мелитополь-Херсон-Одесса) и Крым. (Принятие хрущевского подарка — по меньшей мере недобросовестно, присвоение Севастополя вопреки, не говорю, русским жертвам, но и советским юридическим документам, — государственное воровство) … эта изначальная психологическая ошибка — непременно и вредоносно скажется: и в неорганичной соединенности западных областей с восточными, и в двоении (теперь уже и троении) религиозных ветвей, и в упругой силе подавляемого русского языка, который доселе считали родным 63% населения. Сколько неэффективных, бесполезных усилий надо потратить на преодоление этих трещин" ("Россия в обвале", 1998 г.)

"Увы, националисты с Западной Украины, веками оторванные от остальной Украины, пользуясь переполохом 1991 года и неуверенностью украинских лидеров, стыдливо спешивших отмыться от коммунизма примыканием к накаленному "антимоскальству", — сумели начертать и вменить всей Украине ложный исторический путь: не просто независимость,

не естественное развитие государства и культуры в своем натуральном этническом объеме, — но удержать побольше, побольше территорий и населения и выглядеть "великой державой", едва ли не крупнейшей в Европе. И новая Украина, денонсировав все советское законодательное наследие, только этот один дар — фальшиво измысленные ленинские границы — приняла! (Когда Хмельницкий присоединял Украину к России, Украина составляла лишь одну пятую часть сегодняшней территории)". ("Россия в обвале", 1998г.)

"Сколькие русские с негодованием и ужасом пережили эту безвольную, никак не оспоренную, ни малейше опротестованную, по дряблости нашей тогдашней дипломатии, в 24 часа отдачу Крыма — и предательство его при каждом потом крымском конфликте. И беспрекословную, без малейших политических шагов, отдачу Севастополя, алмаза русской военной доблести. Злодейство это совершено нашей же выборной властью — однако и мы же, граждане, не воспротивились вовремя" ("Россия в обвале", 1998 г.)

***

О РУССКОМ НАСЕЛЕНИИ СОВРЕМЕННОЙ УКРАИНЫ

"В несколько дней мы потеряли 25 миллионов этнических русских, 18% от общего числа русских, — и российское правительство не нашло мужества хотя бы отметить это ужасное событие, колоссальное историческое поражение России, и заявить своё политическое несогласие с ним — хотя бы, чтоб оставить право каких-то же переговоров в будущем. Нет... В горячке августовской (1991) победы всё это было упущено. (И даже — национальным праздником России избран день, когда РСФСР возгласила свою независимость — и, значит, отделённость от тех 25 миллионов тоже...)… Однако же Россия-то попала в разорванное состояние: 25 миллионов оказались за границей, никуда не переезжая, оставаясь на отеческих и дедовских местах. 25 миллионов — самая крупная диаспора в мире; ни у кого такой нет, и — как мы смеем от неё отвернуться?? ("Русский вопрос к концу XX века", 1994 г.)

***

О ПРИТЕСНЕНИИ РУССКОГО ЯЗЫКА В СОВРЕМЕННОЙ УКРАИНЕ

"а пока мы читаем сообщения о притеснении русских школ, даже хулиганских нападениях на русские школы, о пресечении трансляции русского телевидения местами, и вплоть до запрета библиотекарям разговаривать с читателями по-русски, — неужто же это путь развития украинской культуры?" ("Как нам обустроить Россию", 1990г.)

"Уже сейчас украинские власти выбрали путь усиленного притеснения русского языка. Ему не только отказали стать вторым официальным государственным, но его энергично вытесняют из радиовещания, телевидения, из печати. В десятки раз удорожают подписные цены на российские издания. Идут чередой должностные увольнения за невладенье украинским. В вузах от вступительного экзамена до дипломного проекта — все только по-украински, а коли терминологии не хватает — выкручивайся. Из школьных учебных программ русский язык — где исключают нацело, где сводят до "иностранного", до факультативного;

полностью исключили историю Российского государства, а из программы по литературе — едва ли не всю русскую классику. Звучат такие обвинения, как "лингвистическая российская агрессия" и "русифицированные украинцы — пятая колонна". Так — начинается не с методического подъема украинской культуры, а с подавления русской.

Дошло до попыток языкового самобегства: перевести украинский язык на латинский шрифт, насмешка надо всей украинской историей. И упорно теснят Украинскую православную Церковь, ту, что осталась верна Московской Патриархии, с ее 70% украинских православных" ("Россия в обвале", 1998 г.)

***

О СОВРЕМЕННОМ УКРАИНСКОМ ЯЗЫКЕ

"В отторгнутой Галиции, при австрийской подтравке, были выращены искаженный украинский ненародный язык, нашпигованный немецкими и польскими словами… Даже этнически украинское население во многом не владеет или не пользуется украинским языком. Значит, предстоит найти меры перевести на украинский язык всех номинальных украинцев. Затем, очевидно, станет задача переводить на украинский язык и русских (а это уже — не без насилия)? Затем: украинский язык поныне еще не пророс по вертикали в высшие слои науки, техники, культуры — надо выполнить и эту задачу. Но и более: надо сделать украинский язык и необходимым в международном общении. Пожалуй, все эти культурные задачи потребуют более чем одного столетия? ("Как нам обустроить Россию", 1990 г.)

***

ОБ ИДЕОЛОГИИ УКРАИНСКИХ НАЦИОНАЛИСТОВ

"По мере того, как украинские националисты разворачивали свою идеологию, в ней брали верх самые дикие крайности трактовок и призывов. Мы узнали, что украинская нация — это "сверхнация", она настолько уходит в тысячелетние глубины веков, что украинцем был не только Владимир Святой, но даже, по видимости, и Гомер, — и в подобном духе комично переделываются школьные учебники на Украине, ибо украинский национализм, при столь явном меньшинстве этих националистов, напорно возводится в идеологию всей Украины. "Украина для украинцев" — это уж самое несомненное (хотя на Украине живут десятки народов), но и: "Киевская Русь — до Урала!" Русские отлучаются и от славянства как "монголо-финский гибрид"" ("Россия в обвале", 1998 г.)

***

ОБ ИНТЕРЕСАХ ЗАПАДА И США

"И такая антирусская позиция Украины — это как раз то, что и нужно Соединенным Штатам. Украинские власти и при Кравчуке, и при Кучме подыгрывают услужливо американской цели ослабить Россию. Так и дошло быстро — до "особых отношений Украины с НАТО" и до учений американского флота в Черном море, 1997.

Поневоле вспомнишь бессмертный план Парвуса 1915 года: использовать украинский сепаратизм для успешного развала России. Раздробление наше, так радующее нынешний политический мир, болезненно и затяжно скажется на всех трех славянских народах.  А сегодняшняя тактическая теплота к Украине с дальнего-дальнего Запада не окажется долговечной,

но лишь — до минования надобности" ("Россия в обвале", 1998 г.)

"Да за последние годы кто не видел и не слышал самого откровенного вмешательства Соединённых Штатов. Как забыть заявление президента Буша, ещё перед украинским референдумом (1991), — подбодрить отделение Украины? Как не заметить, что из первых и страстных голосов "Севастополь принадлежит Украине!" был голос американского посла в Киеве и потом — и неоднократно, до запредельной бестактности — Госдепартамента? Америка всемерно поддерживает каждый антирусский импульс Украины. И как не сопоставить: что в огромной дозе Америка прощает Украине (а ещё снисходительнее — республикам азиатским: и любое подавление инакомыслия, и любую подтасовку голосования) — того и в малой дозе не прощает Белоруссии, разломно обрушивается на самые робкие попытки объединения её с Россией" ("Россия в обвале", 1998 г.)

***

ПРОЕКТ ВОССОЕДИНЕНИЯ

"три прибалтийских республики, три закавказских республики, четыре среднеазиатских, да и Молдавия, если ее к Румынии больше тянет, эти одиннадцать НЕПРЕМЕННО И БЕСПОВОРОТНО будут отделены… останется то, что можно назвать Русь, как называли издавна (слово "русский" веками обнимало малороссов, великороссов и белорусов), или — Россия (название с XVIII века) или, по верному смыслу теперь: Российский Союз" ("Как нам обустроить Россию", 1990 г.)

"Братья! Не надо этого жестокого раздела! — это помрачение коммунистических лет. Мы вместе перестрадали советское время, вместе попали в этот котлован — вместе и выберемся. И за два века — какое множество выдающихся имен на пересечении наших двух культур. Как формулировал М.П.Драгоманов: "Неразделимо, но и не смесимо." С дружелюбием и радостью должен быть распахнут путь украинской и белорусской культуре не только на территории Украины в Белоруссии, но и Великороссии. Никакой насильственной русификации (но и никакой насильственной украинизация, как с конца 20-х годов), ничем не стесненное развитие параллельных культур, в школьные классы на обоих языках, по выбору родителей" ("Как нам обустроить Россию", 1990 г.)

"Маячившее воссоединение Белоруссии с Россией — стало бы счастливым продолжением исторической восточнославянской традиции. Но ощутимые международные силы будут резко мешать этому — и государственным, и пропагандным давлением, и денежными потоками. И российская пресса, как по единой команде, до непристойности набросилась на первую завязь русско-белорусского союза. Сколько мы слышали о подавлении прав в Белоруссии — и ни звучка о таких же на Украине, о много худших в Казахстане… А кроме того (уж исключая все личные схватки за посты), воссоединению будет препятствовать и принятое сейчас в России федеративное устройство: оно весьма усложняет создание федерации второго этажа. Сживлять — это не разрубливать" ("Россия в обвале", 1998 г.)

Источник

Популярное
Обсуждаемое
Рекомендуемое

Loading...