< Ноябрь 2017 >
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30      
Подписка rss
Поиск Поиск
Многонациональный состав населения России: источник силы или слабости?

17 февраля 2014 года
Закладки

От редакции "Россия навсегда": Автор Сергей Михайлович Монин ― кандидат исторических наук, доцент, профессор кафедры всемирной и отечественной истории МГИМО(У) МИД России. 

С.М.Монин ― специалист по истории внешней политики России и истории национальных отношений, разработал и читает курс "Становление и развитие многонационального государства (этнополитическая история России)".

Данная статья ― выступление автора на Всероссийской научно-общественной конференции "Российская государственность: исторические традиции и вызовы XXI века" (Великий Новгород, 19 сентября 2012 г.).

Приводится с незначительным сокращением (ссылочного аппарата).

***

Ответ на поставленный в заголовке вопрос в общем-то очевиден. Многонациональность может быть как источником силы, так и источником слабости государства или даже его гибели. Но не сама по себе, а в сочетании с определенными политическими, социально-экономическими, военными и прочими факторами. Важно посмотреть, когда и при каких обстоятельствах наступает тот или иной результат.

Практически в любой многонациональной стране первостепенную важность имеют взаимоотношения живущих в ней народов. Эти отношения отличаются особой сложностью и чувствительностью. Порой даже неудачно оброненное слово или бытовая склока из-за какого-то пустяка могут привести к всплеску накопившихся где-то внутри взаимных обид и претензий, высвободить невиданной силы национальную энергию, которая, трансформировавшись в национализм, шовинизм или расизм, может со всей своей мощью обрушиться на другие народы, встретив подобную же волну с их стороны. Но может быть и другой вариант взаимодействия соседних народов, когда они, находя условия своего существования вполне приемлемыми и благоприятными, соединяют свои творческие способности и энергию на благо общей родины, а если надо ― то и на её защиту.

Национальный вопрос в той или иной форме и степени остроты существует практически в любом регионе мира. В развивающихся странах Азии и Африки конфликты на национальной и тесно связанной с ней религиозной почве ― обычное дело. Но не избежали национальных проблем и сытые, демократические страны Запада, где, казалось бы, есть все необходимое для спокойного, благочинного сосуществования различных этносов и национальных групп. В Шотландии и Квебеке возможны референдумы об отделении, соответственно, от Великобритании и Канады. В Барселоне в сентябре 2012 г. прошла 1,5-миллионная демонстрация под лозунгом "Каталония ― новое государство Европы". В Бельгии партии, представляющие валлонов и фламандцев, около года не могли договориться о формировании коалиционного правительства.

Еще не так давно был очень популярен (по крайней мере в либеральных кругах) призыв вернуть Россию в мировую цивилизацию, в ряды "цивилизованных стран". По сути это был призыв примкнуть к западной цивилизации. Из мировой цивилизации Россия никогда ― ни в царское, ни в советское время ― не выпадала по определению. Ведь мировая цивилизация на то и мировая, что она вбирает в себя самостоятельные локальные цивилизации,

представляя собой их взаимодействующую систему. Как невозможно представить себе мировую цивилизацию, например, без Китая, Индии, мусульманского мира, очень непохожих на Запад, так невозможно ― и без России.

Если во многих областях западный опыт вполне может быть использован в Российской Федерации, то в сфере национальных отношений и национальной политики ситуация значительно отличается. Здесь едва ли подходит прямое заимствование западных моделей. Так, проживающие в России десятки и сотни народов на протяжении веков сохраняют свою национальную идентичность. Поэтому российским реалиям не соответствует американский "плавильный котел", в котором до последнего времени прибывавшие в США иммигранты "переваривались", "переплавлялись" и вливались в единую американскую нацию. При этом новые жители Соединенных Штатов могли различаться лишь какими-то своими этническими корнями (американцы немецкого, итальянского, русского и т.д. происхождения).

Не может быть механически перенесена в Россию и политика мультикультурализма, проводившаяся в последние десятилетия в Западной Европе. Она отрицает интеграцию через ассимиляцию и предполагает адаптацию мигрантов в западное общество при сохранении ими своей культуры. Однако на практике получился чрезмерный перекос в сторону гарантирования прав приезжих без обеспечения выполнения ими обязательств по отношению к коренному населению и обществу в целом. Выражающая эту политику политкорректность порой граничит с абсурдом. Изрядная доля мигрантов напрочь отказывается не то что ассимилироваться, но и просто принять и признать порядки, традиции и ценности своей новой страны, предпочитая жить в замкнутых национально-религиозных общинах. С другой стороны, коренное население испытывает нарастающее ощущение некомфортности проживания в своей собственной стране. В результате ― обострение межнациональных отношений и вынужденное признание лидерами ряда государств Западной Европы краха политики мультикультурализма.

Таким образом, международный опыт решения национального вопроса надо учитывать, по мере необходимости использовать, но он не всегда подходит к конкретным, порой уникальным, условиям России.

Нашу страну всегда населяли представители разных народов. В Древней Руси с основным славянским ядром соседствовали финноязычные, а также балтийские и тюркские племена.

Единое Русское (Российское) государство, образовавшееся на рубеже XV–XVI вв., своим многонациональным характером отличалось от единых государств в Западной Европе (Англии, Франции, Испании), которые сложились в ту же эпоху именно на национальной основе. Эта характерная черта России стала особенно очевидной со второй половины XVI в. после присоединения к Москве Среднего и Нижнего Поволжья и Приуралья, где проживали татары, башкиры, чуваши, мордва, марийцы, удмурты, коми и другие народы. В XVII в. подданными русского царя стали племена и народности Сибири и Дальнего Востока, а также жители Левобережной Украины.

В XVIII–XIX в. границы России далеко продвинулись на запад и на юг, охватывая все новые территории и народы. Многонациональность населения страны еще более усилилась. Были присоединены Прибалтика, Белоруссия, Правобережная Украина, Крым, Бессарабия, Финляндия, Польша, Северный Кавказ и Закавказье, Казахстан и Средняя Азия.

Сложилась огромная многонациональная Российская империя. Уже тогда это была необычная держава, заметно отличавшаяся от созданных в то же время на Западе империй колониального типа. По сравнению с ними Россию правильнее было бы назвать империей особого типа, способной не просто перемалывать и ассимилировать покорённые народы, а как бы вбирать их в себя, включать их в общеимперскую жизнь при сохранении их национальной идентичности.

Хотя в этом плане при желании можно найти и исключения (например, Польша, Финляндия). В советское время царскую Россию было принято называть "тюрьмой народов". В подтверждение приводились факты национального угнетения и дискриминации. Но все же это была какая-то странная "тюрьма". Предполагаемый "тюремщик" (читай ― русские) нес на себе основное бремя затрат, усилий и жертв ради сохранения и укрепления державы, не получая при этом никаких привилегий на этнической основе. Самые тяжелые государственные повинности (крепостное право, рекрутчина, подушная подать) в полном объеме распространялись именно и прежде всего на русских, тогда как многие инородцы были от них освобождены.

Положение в некоторых национальных районах благодаря проведенным там Петербургом преобразованиям выгодно отличалось от ситуации в собственно русских регионах. Так, Александр I в 1809 г. предоставил широкую автономию Финляндии, в 1815 г. даровал конституцию Польше, в 1816–1819 гг. освободил от крепостного права крестьян Лифляндии и Эстляндии. Проекты же соответствующих реформ для всей России (конституция, разработанная под руководством Н.Н.Новосильцева, план А.А.Аракчеева по ликвидации крепостничества) были положены "под сукно".

Да и сам "русский" царизм, который согласно рассматриваемой формуле эксплуатировал все народы России (в том числе и русских трудящихся), отнюдь не был примером этнической чистоты. У представителей династии Романовых после Петра III и Екатерины II собственно русской крови осталось не так много. Все правящие верхи и дворянство в целом были многонациональны. Это не удивительно. В состав правящего класса вливались как приехавшие в Россию иноземцы, так и верхушка покоренных народов, получавшие зачастую равные с русским дворянством права и привилегии.

Показательно, что императорская Россия не утратила ни одной территории в результате национал-сепаратистских выступлений. Южную Бессарабию (устье Дуная) потеряли в 1856 году после Крымской войны, но вскоре вернули (1878 г.), Аляску продали США в 1867 г. по решению самого Петербурга, а Южный Сахалин в 1905 г. уступили Японии в результате поражения в войне.

Имели место в царской России национальный гнет и неравенство народов? Были ли национальные движения и восстания? Конечно, были. Можно вспомнить череду восстаний в национальных районах ― от только что покоренного Казанского ханства в 50-е годы XVI в. до Туркестана в 1916 г., мощные выступления в Польше в 1830–1831 и 1863–1864 гг., неоднократные волнения в Грузии и т.д. Но в каких странах в этот период (XVIII–XIX в.) царила идиллия в межнациональных отношениях, а политика властей вызывала бы только удовлетворение и одобрение нетитульных народов? Напомним, что, к примеру, рабство как крайняя форма национального и расового угнетения было отменено в большинстве испанских колоний в 1811 г., в Британской империи в 1833 г., в колониях Франции ― в 1848 г., Нидерландов ― 1863 г., в США ― в 1863 г. (запрещено поправкой к конституции в 1865 г.), в Османской империи в 1882 году, в Бразилии ― в 1888 г. В эту же историческую эпоху пало крепостное право в России (1861 г.).

Властвование царизма в многонациональной стране до поры до времени облегчало одно обстоятельство. Становление и оформление наций, вызревание национального самосознания и подъем национальных движений ― это явления, в полный голос давшие о себе знать только в XIX в. и далее по нарастающей ― в XX в. Когда эти движения набрали силу, власть не смогла вовремя сориентироваться и ответить на брошенные ей вызовы. Петербургские верхи так и не выработали чёткой и ясной программы по национальному вопросу.

В результате событий 1917 г. рухнула династия Романовых, а затем, как многим казалось, навсегда развалилась Российская держава.

Всплеск социально-политических и экономических противоречий и тяготы мировой войны, наложившись на проблемы, порождённые многонациональностью страны, способствовали ее распаду. Хотя революции ― и февральская, и октябрьская 1917 г. ― произошли прежде всего в центре, в столице, национальные районы ответили на них резкой активизацией национально-сепаратистских движений.

Не вдаваясь в детальный анализ событий 1917–1920 гг., хотелось бы сделать несколько замечаний.

Во-первых, почему-то принято считать, что те, кто провозглашал в национальных регионах независимость, были выразителями воли чуть ли не всего местного населения. Между тем немало (а то и множество) "националов" поддерживали там или советскую власть, или белое движение. Победа и красных, и белых означала бы, что единство многонациональной страны было бы сохранено. Применительно к красным это подтверждается последующим развитием событий. Что касается белых, то известен их лозунг "За единую и неделимую Россию" (как вариант: единая Россия с возможным предоставлением автономии отдельным районам).

Во-вторых, утверждение власти национальных правительств, объявивших о независимости, происходило в условиях грубого внешнего вмешательства и при непосредственной поддержке интервентов. Не будь интервенции, наверное, мало какой национальный режим устоял бы в условиях гражданской войны. На Украине Центральная Рада, а затем Директория начисто проиграли борьбу за власть Советам и искали спасения, призывая в страну интервентов (Центральная Рада ― немцев, Директория ― поляков). В Грузии 26 мая 1918 г. была провозглашена независимость, но в это время в Поти уже высаживались немецкие войска, которые вскоре вступили в Тифлис. В Азербайджане мусаватисты смогли войти в Баку только вместе с турецкими войсками. При этом в современной историографии и публицистике стран ближнего зарубежья о советских (русских) войсках часто пишут как об интервентах, тогда как о настоящих интервентах высказываются гораздо мягче, скорее как о союзниках в борьбе за независимость от России. Выходит, что для местных режимов важно было именно отделиться от России, а не получить подлинную независимость. О какой независимости можно говорить в условиях иностранной оккупации?

В-третьих, при разговоре о становлении новых государств, образовывавшихся на территории бывшей Российской империи, надо помнить, что процесс получения независимости затрагивает две стороны: тех, кто отделяется, и тех, от кого отделяются. Само по себе провозглашение независимости ещё не обязательно означает появление самостоятельного субъекта международного права. Требуется в первую очередь признание той страны, от которой "уходят". Показательно, что Эстония, Латвия и Литва, в которых местные национальные силы, противостоявшие большевикам, провозгласили независимость в 1918 г., не сумели сразу добиться международного признания. Только после того, как в 1920 г. Советская Россия заключила с ними мирные договоры и признала их независимость, Великобритания, Франция, США и другие страны также сделали аналогичные заявления.

В-четвертых, оставшаяся под властью большевиков большая часть страны, на которой были созданы советские республики, очень скоро стала восстанавливать своё пусть не формальное, но фактическое единство. Во всех республиках у власти была одна и та же партия большевиков, руководство которой находилось в Москве. 1 июня 1919 г. был принят декрет ВЦИК "Об объединении Советских Республик: России, Украины, Латвии, Литвы, Белоруссии для борьбы с мировым империализмом". По этому декрету создавалась единая Красная Армия, командование которой располагалось в Москве. Подлежали объединению республиканские Советы народного хозяйства, а также наркоматы финансов, труда и путей сообщения. На практике функции этих объединённых органов обычно выполняли соответствующие ведомства РСФСР. Многие решения руководства РКП(б), а также органов власти и государственного управления РСФСР распространялись на другие республики. Фактически это отражало начало процесса сближения и объединения советских республик под главенством Советской России, который в 1922 г. подтолкнёт И.В.Сталина к выдвижению плана "автономизации".

Указанные обстоятельства, относящиеся к эпохе революции и гражданской войны, свидетельствовали о силе и прочности нитей, объединявших многие народы нашей страны и обеспечивавших восстановление её единства, несмотря ни на какие беды, испытания и утрату отдельных территорий.

Образовавшийся в 1922 г. Союз Советских Социалистических Республик многие называют ― кто с гордостью, кто с ненавистью ― "красной империей". И снова это будет необычная империя, если вообще этот термин применим к СССР. В классической империи интересы метрополии превыше всего. Колонии для того и нужны, чтобы метрополия и её население получали выгоду от своего господствующего и руководящего положения в империи. Не совсем так, а то и совсем не так обстояло дело в СССР.

Возьмём ли национальный состав правящего слоя, особенно в первые два десятилетия после 1917 г., проведение административных (ставших после 1991 г. государственными) границ между территориями с русским и нерусским населением, финансовые потоки из центра на окраины и обратно. Во всех этих вопросах интересы, условно говоря, "метрополии" и государствообразующего народа часто ограничивались или даже приносились в жертву интересам "колоний" и их народов.

Несмотря на всю сложность, противоречивость, а зачастую и трагичность преобразований в 1920–1930-е гг., их важнейшим результатом стало упрочение единства народов СССР, умножение мощи союзного государства. Лучшее тому доказательство ― победа Советского Союза над фашистской Германией в Великой Отечественной войне. Гитлер очень надеялся, что нападение на СССР вызовет внутри нашей страны взрыв социальных и национальных противоречий, нерусские народы восстанут против Москвы и большевистский "колосс на глиняных ногах" развалится. Однако многонациональное советское государство, при всех издержках и потерях, выдержало тяжелейшее испытание на прочность.

В послевоенный период интеграционные процессы внутри СССР продолжались и усиливались. Многие перекосы и трагические последствия сталинской национальной политики были смягчены и устранены. Достигнутый уровень социального единства общества и глубина процессов интернационализации показались советскому руководству достаточными, чтобы выдвинуть и активно пропагандировать тезисы о решении в СССР национального вопроса и о возникновении новой исторической общности людей ― "советского народа".

Ныне эта идея нередко примитивно трактуется как простое слияние разных наций и народностей в единый советский народ, считай, советскую нацию. Тогда же, в 1970–1980-е гг., подчеркивалось, что это не механическое объединение или тем более ассимиляция. Это именно новая социальная и интернациональная (или: классовая и межнациональная) общность, представляющая собой следующий шаг в развитии исторических общностей людей (от рода и племени в первобытную эпоху до нации при капитализме и социализме и теперь к новой, советской общности на этапе развитого социализма и строительства коммунизма). Длительное совместное проживание в едином государстве привело к тому, что у всех народов, у людей всех национальностей стало появляться все больше общих черт в их жизни, поведении, менталитете. Но культура каждого народа оставалась национальной по форме. Считалось, что все это явилось результатом прочности социально-политического и идейного единства всех классов и социальных слоев, наций и народностей, населяющих территорию СССР. Как показали последующие события, представления о "прочности" и "единстве" оказались преувеличенными, а недостаточное внимание к национальным проблемам обернулось трагическими последствиями для союзного государства. Сочетание многих объективных и субъективных, внутренних и внешних факторов привело к развалу СССР.

Многонациональный характер государства дал основу для распространения и победы сепаратистских, центробежных сил. Распад СССР стал "крупнейшей геополитической катастрофой века" (В.В. Путин).

В грандиозных по размаху и последствиям и драматических по характеру событиях, связанных с гибелью Союза, ещё предстоит детально разобраться. Многие силы и механизмы, задействованные в этом процессе, до сих пор скрыты от посторонних глаз, а конкретные обстоятельства случившегося, мотивы действий многих политических игроков зачастую остаются под покровом тайны.

Либералы заявляют, что, может быть, развал СССР и вызывает сожаление (хотя, мол, все империи неизбежно разрушаются), но зато удалось сохранить целостность России.

На самом деле нынешняя Российская Федерация ― это бывшая РСФСР, а историческая (Большая) Россия, которая носила название Советский Союз, оказалась разрушенной. Советская страна была единым целым, живым развивающимся организмом. При всех кардинальных трансформациях XX века она сохранила генетическую преемственность с предшествовавшими эпохами.

Так что Союз отнюдь не был случайно составленной пирамидкой из 15 кубиков (союзных республик), каждый из которых имел свое название и жил своей жизнью. Показательно, что все годы существования СССР на Западе его называли Россией. Да и мы сами сейчас часто говорим "Россия" вместо "СССР", когда речь идет о советском периоде отечественной истории.

Утверждается также, что "демонтаж империи" и демократические преобразования прошли без кровопролития. В жизни всё было гораздо сложнее. В ряде районов некогда единой страны дело дошло до прямого вооруженного противостояния из-за национальных и региональных противоречий, стоившего жизни множеству людей (сепаратистский мятеж в Чечне, гражданская война в Таджикистане и другие "горячие точки"). Трагические события в Москве в сентябре–октябре 1993 г. тоже имели связь с развалом СССР.

В новой исторической обстановке надо найти пути укрепления единства народов нынешней России, чтобы избежать повторения судьбы погибшего Союза.

Важно, чтобы решение национальных проблем российские власти искали не в абстрактной теории и словесных заклинаниях, а прежде всего в приземлённой действительности. преступность, Надо бороться c такими явлениями, как этническая преступность, вызывающее поведение отдельных мигрантов, коррупция и кумовство на национальной почве, перекосы в национальном составе чиновников и бизнесменов в отдельных республиках, монополизм этнических групп в тех или иных видах бизнеса. Необходимо на практике обеспечить равные условия для людей всех национальностей, воспитывать толерантность, уважительное отношение к чувствам и ценностям других народов.

Особое значение приобретает русский вопрос. Было время, когда государство заботилось прежде всего об интересах нерусских народов. Теперь пришел черед принять действенные меры по поддержке русского народа, русского языка, русской культуры. От того, как чувствует себя народ, по сути являющийся государствообразующим, в огромной степени зависит состояние всего общества. Тем более, что русскость ― это не только и не столько показатель этнического происхождения, сколько показатель принадлежности к русской цивилизации. В этом смысле русскость не отторгает, а, наоборот, объединяет и консолидирует другие народы, живущие в одной стране с русскими и принимающие русскую культуру и русский язык наряду со своими национальными культурой и языком. Русский народ выполняет, таким образом, интегрирующие функции в многонациональном Российском государстве. Русский культурный код лежит в основе российской цивилизации.

Важный аспект русского вопроса ― положение соотечественников, проживающих за рубежом. Президент Румынии Т.Бэсеску публично заявлял, что "Румыния и румыны ― единственная страна, единственный народ, оставшийся в Европе разделённым после воссоединения Германии" (имелось в виду, что румыны и молдаване ― это, дескать, один народ). В связи с этим стоит напомнить, что к разделённым народам можно было бы отнести, например, венгров, сербов, албанцев, осетин.

Но самый большой разделённый народ в Европе ― это русские. После развала СССР за пределами нынешней России оказалось, по разным оценкам, 20–25 млн русских. Если немцы 40 лет называли себя "разделенной нацией" и боролись за объединение, то почему русские не могут хотя бы назвать себя разделённым народом? Конечно, это вызовет всплеск обвинений в "имперском мышлении" и каких-то других "грехах", но это будет констатацией реального факта.

Расширение и укрепление многосторонних связей с бывшими союзными республиками, ныне независимыми государствами, особенно с теми, где проживает много русских и других славян, является важнейшей задачей внешней политики Москвы. В последнее время российское руководство активно занялось проблемами евразийской интеграции и добилось на этом пути ощутимых сдвигов. В июле 2012 г. на совещании послов и постоянных представителей России президент В.В.Путин подчеркнул: "...Углубление интеграционных процессов на пространстве СНГ ― это сердцевина нашей внешней политики, курс, рассчитанный на историческую перспективу. ... Будем планомерно вести дело к созданию евразийского экономического союза, что должно быть еще более глубокой степенью интеграции".

Однако на пути евразийской интеграции стоит немало серьезных препятствий.

Во-первых, не может не сказаться более чем 20-летнее раздельное, независимое существование бывших советских республик. Поначалу, когда Советский Союз только что разрезали "по живому", разрыв, например, устоявшихся экономических, технологических и прочих связей сказывался крайне болезненно. Но за последующие годы производство (если, конечно, оно не сгинуло вовсе) более-менее восстановилось, обросло новыми связями, вступило в новые кооперационные схемы с другими партнерами, как правило, не из СНГ. Доля взаимной торговли постсоветских государств в их товарообороте, составлявшая поначалу его большую или даже подавляющую часть, затем резко сократилась. Основная часть экспорта-импорта теперь приходится на Евросоюз, США, Китай, Турцию. С этими же партнерами интенсивно развиваются связи и во многих других областях, например, в образовании (в том числе обучение за рубежом), науке, культуре.

Во-вторых, Россия в силу сложности и неоднозначности своего нынешнего состояния, будь то экономика, права человека, демократия, уровень и образ жизни, преступность и т.д., пока не обладает достаточной притягательной силой, чтобы вовлечь в интеграционные процессы на постсоветском пространстве новых участников и устранить сомнения у тех, кто уже в них серьезно вовлечён. Да и в самой России, прежде всего в её элите, не все готовы одобрить и активно поддержать евразийскую интеграцию. Не для того некоторые российские политические силы в свое время активно участвовали в развале СССР, чтобы теперь заняться собиранием его осколков.

В-третьих, национальные элиты постсоветских государств не особенно рвутся в новые интеграционные объединения, видимо, опасаясь за свою власть и собственность и не желая конкурировать с более мощным российским бизнесом. Они по-прежнему надеются получить больше выгод от сотрудничества с дальним зарубежьем, прежде всего с США, Европейским Союзом, Китаем или по крайней мере ― одновременно "доить двух коров". Евроатлантическая ориентация имеет много сторонников на постсоветском пространстве, и они, очевидно, не предрасположены поддерживать евразийскую интеграцию и сближение с Россией.

В-четвертых, старшие поколения жителей новых независимых государств, значительная часть которых с ностальгией вспоминает времена СССР, постепенно уходят. Представления населения о современной России и отношениях с ней формируются прежде всего под воздействием своих политиков и СМИ, которые смотрят на все с собственной колокольни и часто изображают Россию не с лучшей стороны. Аукаются разного рода споры, конфликты с Россией, торговые войны с ней (была даже настоящая, горячая война). Новые поколения уже не помнят времена единого союзного государства, зачастую воспринимают своих соседей на постсоветском пространстве как чужаков и потому не чувствуют особой потребности в интеграции с ними. Ситуация усугубляется резким падением уровня знания русского языка в странах Закавказья и Центральной Азии.

В-пятых, Запад сделает всё для того, чтобы воспрепятствовать интеграции на постсоветском пространстве. Можно не сомневаться, что в ход будут пущены все средства ― от словесных увещеваний и финансово-экономических пряников до жесткого давления, угрозы "цветной революции" и использования "пятой колонны". Упускать плоды своей победы в "холодной войне" Запад не захочет ни при каких обстоятельствах. Кстати, и Китай вряд ли охотно откажется от преимуществ развития отношений со странами СНГ на двусторонней основе, а не в составе какого-то интеграционного объединения.

История многонационального Российского государства, как и всей русской (российской) цивилизации, свидетельствует о том, что в ней были величайшие взлеты и победы, но были и настоящие катастрофы. Теперь от воли и усилий нынешнего поколения зависит то, станет ли этническое, языковое, религиозное, культурное многообразие России источником ее мощи и процветания, залогом преодоления невзгод и достижения новых побед.

С.М.Монин 

Источник

Популярное
Обсуждаемое
Рекомендуемое

Loading...