< Июнь 2017 >
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30    
Подписка rss
Поиск Поиск
Шанс на обновление России самим Путиным — минимальный

13 февраля 2015 года
Закладки

От редакции "Россия навсегда": Автор Степан Степанович Сулакшин — д.физ.-мат.наук, д. полит.наук, проф., генеральный директор Центра научной политической мысли и идеологии.

Доклад на научном семинаре "Возможности и сценарии перехода к постлиберальной модели России" по теме "Возможности перестройки модели России к постлиберальному облику безкризисным (эволюционным) путем под руководством и при лидерстве В.В.Путина" (декабрь 2014 г.).

***

Нынешний семинар будет необычным. Очень часто в научных дискуссиях результат становится не истинным, а желаемым или выигранным в соревновании. Что соревнуется? Соревнуются, естественно, доказательная база, аргументация, логики доказательные, но не только. Соревнуется еще и способность ведения дискуссии, в том числе агрессивной, обладание аппаратом манипуляции, обладание специальными вербальными техниками. То есть выиграть в дискуссии можно не в силу истинности твоей научной гипотезы и ее доказательств уже в виде доказанной теоремы, а в силу искусства доказывать в человеческом вербальном противоборстве. Это плохо, потому что снижает научную достоверность получаемого результата.

Как обычно срабатывает такой механизм искажения? Тот или иной сторонник той или иной научной гипотезы фильтрует факты, аргументы в пользу своей гипотезы. Попросту говоря, подтягивает их "за уши". И это искушение знает каждый ученый, который занимается подобным промыслом. А противоположный дискутант делает то же самое, но в его пользу. Это плохо, потому что это соблазн, искушение, снижающее научную ценность дискуссии и результата. Поэтому, когда мы думали, как побороть такое искушение, пришли к цитате из известного фильма "Кавказская пленница": "Тот, кто нам мешает, тот нам и поможет".

Идея состоит в том, чтобы довести эту технику до абсурдного предела. Специально назначить двух героев — испытуемых. Сегодня это ваш покорный слуга и профессор Багдасарян.

И каждый сделает доклад со своим, будем говорить, методологически-игровым заданием. То есть один притягивает "за уши" все доводы в пользу того, что шансов на переход к постлиберальной России под управлением самого Путина не существует, они минимальны. Дискутант же делает прямо противоположное. Подтягивает всю и всяческую информацию, всевозможную аргументацию для того, чтобы доказать противоположную позицию. После этого мы уже по стандартной процедуре проводим сессию вопросов и ответов. В конце мы проведем еще и количественную экспертную оценку по вопросам дискуссии. Результат дискуссии должен стать не желаемым устроителям, а истинным.

***

Моя научно "игровая" задача — обосновать позицию, в силу которой шансы на лидерство Путина и управление им перехода страны от нынешней либеральной модели к иной модели страны минимальны и уменьшаются на глазах. Это гипотеза. Ее доказательство, на мой взгляд, должно происходить по некоему логическому алгоритму.

То есть мы должны сформулировать все вызовы, по поводу которых нужно будет ответить. Есть там аргументация "за" или нет аргументации "за". Причем эта логическая схема для обоих подходов, в силу своей формальной логики, совершенно одинаковая (рис. 1).

Схема конечно более длительная и имеет и другие развилки типа "да–нет". Пройдя по всем таким образом выстроенным ступеням доказательства можно дойти до конечного вывода.

Мы не должны обсуждать успехи или неуспехи лидера страны в его предыдущем текущем служении. Хороший он или плохой. Мы отвечаем исключительно на поставленный вопрос. Мы обсуждаем только вещи, которые касаются гипотезы — шанс на то, что он возглавит вот такой конкретный переход. Узкая постановка вопроса. Не тот шанс, что он войдет в историю позитивным героем или, наоборот, антигероем; не шанс — хороший он или плохой человек. Миллион других вопросов касается этой выдающейся личности. Наш вопрос конкретен. Каков шанс на то, что конкретный человек, находящийся на посту президента, конкретно от нынешней модели страны переведет ее в другое состояние путем нескольких манипуляций: разгон бояр (элиты), смена парадигмы (идейной, содержательной) и обращение к народу за поддержкой такого крутого разворота.

Эта постановка распадается на несколько логических вызовов. Во-первых, хочет ли лидер такого перехода? Ответ строится из ответа на следующие вопросы: 1. Понимает ли он пагубность, несовместимость с успехом страны критичность нынешней модели? Да или нет? 2. Есть ли у него видение иного альтернативного облика страны и, соответственно, отсюда вытекает вопрос, он соподчинен, может ли им быть предложен путь и курс к этому новому облику?

Второй логический вызов. Есть ли признаки в деятельности лидера страны, которые говорят об этом шансе?

Третий вызов. Даже если он хочет перехода, то может ли он это сделать, имея в виду его неабсолютную свободу и связанность с целым рядом внешних средовых, персональных, кадровых, элитных вопросов и способность на такого рода стратегии и, собственно говоря, управление.

Я остановлюсь на анализе этих логических ячеек с помощью фактов, деталей, аргументов, которые изначально связаны в представленную доказательную логику. Пройдя по всему алгоритму, в конце я неизбежно и вы за мной, если не увидите здесь какие-то ошибки, придете к соответствующему выводу.

*

I. Хочет ли лидер перехода к постлиберальной модели страны?

Итак, первое. Путин должен критически относиться к ключевым показателям действующей либеральной модели. Какие это показатели? Первый — это финансово-экономические характеристики, ключевые характеристики модели. Уровень государственных расходов в ВВП, т.е. уровень этатизации. Уровень государственный собственности в структуре всего имущества страны. Тут тоже — вопрос этатизации.

По первому вопросу ответ такой. В последнем недавнем послании лидер заявил, что каждый год на три года вперед уровень государственных расходов будет снижаться на 5%, сопроводив это очень веселой фразой, что это так называемые неэффективные расходы. Не вдаюсь в то, что это силлогизм. Эффективности государственных расходов не бывает. Это не фирма. Тут другие критерии эффекта, но тем не менее.

Что со структурой собственности? Никакой реституции частной собственности нет. Была надежда с "Башнефтью". Но она перечеркивается тем, что компания вновь будет выставлена на приватизацию. Планы приватизации никто не отменял.

Следующий признак — олигархизация экономического и лоббистского институционального пространства. Президент объявил, что он ликвидировал претензии олигархов на власть в России, имея в виду предыдущее поколение олигархов. Но совершенно очевидно, что освободившиеся вакансии заняты другой "семьей", о которой он тоже объявил — о трех своих друзьях — одном хохле и двух евреях, которые фактически монополизировали госзаказ. И иллюстраций тому, что новое олигархическое семейство явно приватизировало Российское государство, более чем достаточно.

Коррупция, характерная для модели. Совершенно очевидны примеры на уровне Сердюкова. Примеры говорят, что ничего серьезного с точки зрения системной борьбы с мегакоррупцией в стране не происходит, за исключением отдельных: в третьем, в пятом, в двадцатом звене даже не показательных, а каких-то иллюстративных вещей.

Устаревшая либеральная конституция получила высшую степень оценки президентом в момент ее двадцатилетия и предостережение о том, что к вопросам о смене Конституции, ее изменений нужно относиться очень осторожно, что все четко прочитали. До этого за несколько месяцев было поручение администрации президента готовить закон о конституционном собрании, необходимый для принятия новой Конституции. После этого данная инициатива была наглухо закрыта. Конституция, которая программирует либеральную модель в стране, для Путина незыблема.

Второе. Это вопрос социального устройства страны. Объявлен тезис. В тезисе о том, что, по сути, (это наша оценка) асоциальный характер модели является приемлемым. Менять не будем. Первая позиция: зарплатоемкость ВВП, которая ниже, чем необходимая и сопоставительно обоснованная по другим странам, например, в два раза, меняться не будет, потому что заявлено, что рост зарплат должен быть подчинен опережающему росту производительности труда, что является на самом деле ошибкой для баланса производительности труда и оплаты труда в России. В условиях недоплаты труда это просто ошибочное положение.

Прогрессия для перераспределения подоходного налога, а именно в виде плоской ставки, а на самом деле регрессивной ставки, регрессионной ставки подоходного налога по-прежнему отстаивается президентом. Он не собирается ее менять. При этом в феврале 2014 года на олимпиаде на весь мир журналистам-иностранцам он заявил, что "я — главный либерал Российской Федерации".

Третье. Монетарная догма, которая решает вопрос, по большому счету, правда, скрытому, деавтаркизации и десуверенизации страны. Это и есть космополитизм материального свойства. Демонетизация выводит страну из рублевого финансового оборота в иностранный валютный оборот — десуверенизирует страну. Телевизионная линия 2013 года, где напрямую президент заявил: "Деньги печатать нельзя, потому что это инфляция, это обман народа. Центральный банк России действует совершенно правильно".

Четвертое. Деавтаркизация в виде продолжающегося превышения экспортного потока над импортным до полутора и более раз. Вступление в ВТО, которое не подвергается сомнению даже сейчас. Увеличение доли экспорта в доходах бюджета, и соответственно, в ВВП страны.

Пятое. Десуверенизация страны в этой же коллекции доводов с помощью так называемого currency board. Это когда Центральный банк России эмиссию привязывает к валютной выручке страны, объем которой определяет не суверенный, т.е. иностранный актор, тем самым формируя схему управления страны из-за рубежа, что и есть десуверенизация и это получает в последние дни все более решительные одобрения президента.

Шестое. Премьер-министр, который и назначен, и поддерживается, и одобряется президентом, Медведев Дмитрий Анатольевич в недавнем телеинтервью заявил: "Все, что ни делает и ни предлагает правительство, является либеральными предложениями".

Седьмое. Как вы видите, я разные грани модели страны характеризую. Политическая система. Разрушение системы разделения властей по вертикали и по горизонтали между ветвями власти, монополия только усиливается. Никакой реальной оппозиции практически уже нет. Даже оппозиция ее величества перестала делать вид, играет по предложенным ей правилам. Фальсификация последних федеральных выборов Государственной думы и президента — это приписки голосов правящей партии в два раза и примерно 12 процентных пунктов на выборах самого президента. Никакой ревизии, перевыборов, признания нелегитимности Госдумы после этого не наступило. Совершенствуются механизмы монополии в виде так называемых выборов, но на самом деле продолжающихся назначений губернаторов с иезуитским фильтром в среде муниципальных органов, для того, чтобы губернатором стал только определенный в администрации президента представитель. Депутаты и партии, проходящие в Госдуму и попадающие в Совет Федерации, — это тот же самый отряд назначенцев из администрации президента. Больше того, обсуждается закон о президентской квоте на часть членов Совета Федерации.

Критика власти практически искоренена. Этому служит "Закон об экстремизме". Активность гражданского общества регулируется в сторону эрозии с помощью "Закона о негосударственных, некоммерческих организациях".

Восьмое. Появилось и это — на противоположную половину нашей дискуссионной мельницы, — конечно же, русская цивилизационная риторика, модель решения по Крыму, которая консолидировала общество. И я бы не имел права говорить об этом аргументе, потому что, повторяю, он на другую мельницу работает. Это действительно признаки иной модели, чем нынешняя либерально-космополитическая. Но должен заявить, что все признаки и разворот от весенней операции по присоединению Крыма к нынешней непрозрачной, противоречивой, аморальной российской политики относительно востока Украины, свидетельствуют о том, что эта тема, а именно русская цивилизационная риторика, ценностный ряд, который действительно сплотил население, используется довольно прагматично для укрепления политического режима, для того, чтобы поднять рейтинг. И в разменную монету это превращается даже тогда, когда ценой являются погибшие граждане в Донецке и Луганске. Занимаются этой темой люди те же самые, для которых русская тематика является абсолютно чужеродной. И, по свидетельству инсайдеров, политика направлена отнюдь не на последовательную имплементацию новой позиции России в мире через идею русской весны, через идею русского мира, а, в общем, напротив — довольно циничные пиартехнологии, которые манипулируют естественными цивилизационными ожиданиями, предпочтениями российского населения. Лишь бы вырос рейтинг.

Девятое.

Последнее послание президента переводится одной строкой. "Все у нас правильно, никаких ошибок не делали, неудач не было. Мы сильны, у нас есть все ресурсы. Мы все преодолеем, всего достигнем и ничего менять не будем". Путин не собирается ничего менять. Нет ни одной публичной управленческой позиции по отношению ни к одному крупному, среднему институциональному пункту действующей модели страны, относительно которой президент бы выразился или реформировал по формуле: не годится, нужно менять, меняем. Ни одного такого примера нет. Значит, вопрос — хочет ли он менять модель страны, есть ли признаки, становится уже более определенным. — Конечно, не хочет.

*

II. Лидер страны должен быть способным разогнать бояр. Давайте оценим.

Первое. В кадровой политике страны расцветает непотизм. В ход пошли уже не только сослуживцы, друзья, знакомые, а и уже следующее поколение — сыны, племянники. Ни одного человека никогда за провалы не сняли и не наказали должным образом. Исключение — это второстепенные заместители министра экономики. Дмитриев в свое время, Беляков, покритиковавший правительство. Сердюков. Но этот случай, скорее, говорит о том, что политика непотизма непоколебима. Был поднят возрастной потолок для госслужащих соответственно возрасту своему собственному и своего ближнего круга. Кадры, которые подобраны в администрации, в правительстве, я уже цитировал премьер-министра, в экспертном пуле поддерживающем правительство и администрацию президента, либеральные. Это — Высшая школа экономики, это РАНХиГС, это различные центры, Институт Гайдара и т.д. Кадрами становятся олигархи — бенефициары, назначаемые на госкорпорации, при этом латентно приватизированные, потому что прибыль они не консолидируют в бюджет, а раскладывают по своим карманам, отдавая государству всего лишь 10–15%. Социальный лифт не работает. 67 филиалов подготовки кадров госслужащих в стране отданы либеральному центру в виде РАНХиГСа под руководством Мау, и Высшей школе экономики — готовят либералов-коллаборационистов. Кадры построены по клановым признакам, главными из которых являются принадлежность к питерскому клану и к клану богатейших людей. Третье, производится "подкуп" кадрового корпуса для администрации президента, депутатов, правительства. Зарплаты уже подняты до 300–400 тысяч рублей. В госкорпорациях топ-менеджеры получают по нескольку миллионов рублей в день. Формируется преданный и меркантильно заинтересованный пул последователей.

Это все к тому, что менять кадры лидер не собирается, наоборот, укрепляет созданную за 15 лет кадровую вертикаль и пирамиду. Главный кадр — премьер-министр — характерная фигура с точки зрения профессионального потенциала, идейно-ценностной нацеленности и убежденности. Неизменность позитивного отношения к нему, фактически переназначение подтверждает ту мысль, что по этой логике идейно-властную парадигму лидер менять не собирается.

*

III. Понимает ли лидер на содержательном уровне непригодную сущность самой модели?

Есть ли у них внутренняя, соответственно, профессионально-психологическая мотивация критически относиться к модели и желать ее изменений? Дополнительный вопрос на пути ответа на этот вопрос. А кто эксперты вокруг президента? Это Высшая школа экономики, уже охарактеризованная и хорошо известная. Это РАНХиГС, не менее хорошо известный. Это лучшие мировые эксперты, о которых он заявил публично, оценив решение Центрального банка России о плавающем курсе, как единственно правильное и верное. Китайские ли это лучшие мировые эксперты? А может быть, это иранские лучшие мировые эксперты? Разумеется, нет, потому что их представления о финансово-экономической политике, о денежно-кредитной политике совершенно иные. Значит, это лучшие мировые эксперты Запада, которые уже 23 года консультируют либеральные реформы в нашей стране.

Каковы официальные документы, которые свидетельствуют об отношении на верхнем уровне к действующей модели страны? Прежде всего, это "Стратегия 2020", это бюджетный план на предстоящее трехлетие, которые исполнены либеральной риторики и либеральных управленческих целеполаганий и инструментов. Там нет никаких исключений в следующем перечне. Монетаризму — да. Плавающему свободному курсу рубля — да. Деавтаркизации, поддержке вступления в ВТО — да. Деэтатизации и по госрасходам и по приватизационным делам — да. Асоциальности затеи плоской подоходной ставки налога — да. Исключений практически нет. Нет ни одного свидетельства по критической оценке лидером ключевых позиций либеральной космополитической модели.

*

IV. Ценности и стратегии.

Есть ли у лидера представление о системе ценностей, которая формирует систему целей и позволяет сконструировать стратегию развития страны, в которой изучаемый "цезарианский поворот" был бы логично допускаемым элементом? Относительно высших ценностей в платформе лидера присутствуют либеральные ценности: свободы и права человека. Они доминируют и доминируют до последнего времени. В последнее время появились исключения в виде цивилизационно-исторической русской тематики, но я уже высказывал аргументацию в пользу того, что это технологии, которые применяются с латентными целями.

Есть ли у Путина, в принципе, стратегии и стратегические планы, цели, объявляются ли они? Когда лидер говорит: "Мы не отказываемся от своих стратегий и целей", — то ответить, что подразумевается под этим совершенно невозможно, потому что в посланиях они не формулируются, стратегических документов, кроме некондиции под названием "Стратегия 2020" в стране попросту нет. Такие стратегические документы, как стратегия национальной безопасности, военная доктрина и т.д. с управленческой точки зрения дефицитны, в них нет на уровне 70–80% необходимых признаков и содержаний.

Я подхожу к завершению.

*

V. Есть ли хоть один признак критики, опровержения и плана реконструкции по базовым постулатам модели?

Что переоценено? Есть ли хотя бы какие-то перепевы с известным лозунгом "головокружение от успехов"? Переоценка положения, в которой находится страна? Ничего подобного, если даже взять последнее послание, не имеется. И последняя тема. — Может ли? Она особенно интересна в связи с активной кампанией, которую развивает Евгений Федоров — депутат Госдумы. Запущен спецмиф. "ОН хочет, но не может. Страна оккупирована, страна управляется извне, ОН даже законы принять не может, вообще ничего не может". Наш тезис иной. Лидер на сегодня может все. Он может снять любого кадра и, соответственно, назначить. Он может посадить любого олигарха — что Ходорковского, что Евтушенкова, но когда говорится "он", то имеется в виду лидер, его команда, политический режим, вся система, которая пирамидально связана с возможностью лидера.

Может быть проведена рейдерская атака на любого масштаба капитал и корпорацию. Что "ЮКОС", что АФК-система. Ровно так же он может национализировать актив, что показала операция с "Башнефтью". Но это половина операции. Следующая будет — вновь ее приватизация. Он может сформировать или запретить формирование любой партии, потому что судебная система, система юстиции подконтрольна фактически администрации президента. Он может провести любой закон, даже тот, который противоречит ряду действующих. И это мы наблюдаем в практике Государственной Думы и Совета Федерации.

Он может принять любое решение. Например, о вводе войск. А через день решение прямо противоположное. Монополия на функции независимого казалось бы законодательного органа стопроцентная. Он может пойти на конфликт на грани войны с сопредельными странами. Примеры, Грузия, Украина. Может, это не в том смысле, что это злодейское желание и предрасположенность. Может в смысле прагматическом. Как возможность осуществить государственно-управленческие действия.

Наконец, рейтинг у лидера уникальный — около 80%. И практически любое его действие на этом основании народ, в общем, склонен поддерживать. Таким образом, вероятнее всего из этого анализа вытекает, что самый вероятный исход — это инерционная модель, которая уже аналитиками Кремля объявлялась как модель консервативная, иногда динамически консервативная, но это сути не меняет.

На сегодня путинская модель — никого и ничего не меняем. Значит, соответственно, оценка шансов на то, что ВВП захочет, сможет и осуществит переход от нынешней либеральной модели к постлиберальной, является минимальной. И уже за рамками методической задачи я делаю вывод не для протокола, что инерционный вариант, который считаю самым вероятным, ведет с высокой вероятностью к масштабному, многомерному финансово-экономическому социальному политическому кризису с высоким риском коллапса страны по схеме Советского Союза. Но в то же время имеются явно ненулевые шансы на то, что мобилизация внутренних свойств, способностей и потенциалов русского народа, российского населения большой, и с большой историей страны позволит в этом потрясении выйти на механизм оздоровления. Пусть с потерями, утратами и жертвами, но такой шанс все равно имеется.

Спасибо за внимание. 

Популярное
Обсуждаемое
Рекомендуемое

Loading...