< Октябрь 2017 >
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          
Подписка rss
Поиск Поиск
Быть ли наземной операции в Сирии?

22 февраля 2016 года
Закладки

От редакции "Россия навсегда": Автор Людмила Игоревна Кравченко — эксперт Центра Cулакшина

***

Российские новостные порталы изобилуют сообщениями, что Турция и Саудовская Аравия готовятся ввести войска в Сирию, саудиты уже перебросили свою авиацию. Б.Асад заявляет, что намерен восстановить территориальное единство Сирии. Российские чиновники отрицают возможность российской сухопутной операции, хотя информационный шум требует от России более активных действий. Российское участие в сирийском кризисе помимо инерционного сценария, то есть пролонгации военно-воздушной операции на неопределенный срок, может развиваться по двум разнонаправленным сценариям.

*

СЦЕНАРИЙ ПЕРВЫЙ — СУХОПУТНАЯ ОПЕРАЦИЯ

В информационном пространстве нагнетается ситуация вокруг Сирии. Создаваемый информационный фон проектирует картину активной подготовки к сухопутной войне как со стороны Западной коалиции, так и России. Отечественные СМИ сообщают, что Турция наносит массированные артиллерийские удары из крупнокалиберной артиллерии по сирийским правительственным войскам и по отрядам патриотической оппозиции в приграничных районах. С 15 февраля Турция и Саудовская Аравия проводят совместные пятидневные учения, Королевство уже отправило 20 боевых самолетов, которые по заявлению некоего представителя саудовских военных генерала Ахмеда аль-Асири будут участвовать в операциях против Исламского государства. Отметим, что эти слова принадлежат малознакомому общественности генералу. В Эр-Рияде заявляли о готовности направить в Сирию спецназ. К февралю о планах участвовать в наземной операции под руководством Вашингтона сообщили Саудовская Аравия, Турция и ОАЭ. Однако ни окончательного решения, ни сроков операции не объявляется.

Общий негативный фон нагнетают не только информационные агентства, но и политический дискурс. Дж.Керри объявил, что если сирийский режим нарушит договоренности о прекращении огня, то за этим может последовать ввод "дополнительных наземных войск", хотя Б.Обама неоднократно исключал наличие американских сухопутных сил в Сирии. В аналогичном ключе высказался глава Пентагона Э.Картер, который рассуждал о планах "заняться уничтожением боевиков" в Сирии и Ираке. Глава МИД Саудовской Аравии Адель аль-Джубейр объявил, что в случае провала мирного урегулирования сирийской проблемы президент Сирии Б. Асад должен быть смещен силой. Генсек НАТО Й.Столтенберг заявил, что США обратились к альянсу с запросом предоставить самолеты с системами АВАКС для ведения разведки в районе Сирии.

На этом фоне сирийская сторона бьет тревогу и провоцирует своих партнеров на принятие более решительных действий. Начало сухопутной операции силами коалиции для Асада будет означать реализацию ливийского сценария — силы коалиции дойдут до Дамаска, сирийский лидер будет низвержен. Сценарий вероятный, учитывая тот факт, что разоруженная Сирия (имеется в виду уничтожение химического оружия, которое подобно ядерному использовалось исключительно как фактор устрашения) больше не представляет угрозы для саудитов и турков.

В Белом доме делают ставку на следующий сценарий: страны региона начинают наземную операцию без участия сухопутных сил США. Б. Обама не заинтересован в вовлечении американских военных в конфликт, так как рискует за оставшиеся месяцы на посту президента стать крайне непопулярным и нивелировать свои достижения на посту двух сроков решением о втягивании США в новую военную авантюру.

Сирия не мыслится под правлением Б.Асада. Здесь остается несколько вариантов: либо Россия убедит Асада сложить с себя полномочия добровольно, либо его должны свергнуть в результате наземной операции. Начало мирного процесса с отставкой Асада увязывается, как и в первом случае, с дипломатией России.

Самый удачный исход для США — втягивание России в затяжной конфликт. Ставка в этом сценарии крайне проста: на российское руководство стремятся воздействовать методами информационно-психологического давления. Формируя в информационном пространстве картину усиления конфронтации на сирийском поле, Запад ожидает от России необдуманных решений — объявления о начале сухопутной операции. При этом Россия будет выступать как агрессор, поскольку со стороны западной коалиции идут только подготовительные операции, а Россия задействует свои сухопутные вооруженные силы. Этот же образ дополняется информационными манипуляциями — обвинениями в адрес России и со стороны НКО, и официальных представителей государства. Например, президент Турции в Перу заявил, что "Россия продолжает убивать людей в Сирии. В таких условиях могут быть мирные встречи и мирные переговоры?", "в ситуации, когда детей убивают, такие попытки служат и облегчают работу тиранам и все". Если сработает информационно-психологическое воздействие, и первые лица государства отдадут приказ о начале наземной операции на фоне циркулирующих слухов о начале войны со стороны противника, то США не только получают истощенную Россию, но и новый конфликт, с которого Вашингтон сможет получить свои экономические и политические преференции. Миграционная проблема при этом играет только на руку Вашингтону, ослабляя его партнера и потенциального конкурента — ЕС.

Сценарий затягивания России ориентирован на психологические особенности лиц, ответственных за принятие решений. С одной стороны, это разыгрывание курдской карты: враждебное отношение Турции к сирийским курдам, обстрел позиций которых подается как турецкая агрессия против Сирии и непосредственно режима Б. Асада, действующего совместно с курдскими ополченцами. С другой, российский фактор: американская сторона обвиняет Россию в нанесении ударов по позициям сирийской оппозиции, которая поддерживается саудитами. На сирийском поле при умелом дирижировании могут столкнуться как антитурецки настроенные российские силы, так и антибашаровские и антироссийские силы Турции и Саудовской Аравии.

Характер активности российской стороны подтверждает, что первые шаги по подготовке к наземной операции Россией проводятся. В начале февраля началась внезапная проверка боеготовности в войсках Южного военного округа и отдельных соединениях Воздушно-десантных войск и военно-транспортной авиации. Задача — оценить степень готовности Южного военного округа к реагированию на кризисные ситуации различного характера. Появилась информация, что размещенный на территории Чечни лагерь используется для подготовки спецподразделений, обеспечивающих безопасность российской авиабазы в Сирии. Глава Чеченской республики заявил, что бойцы спецназа несколько лет назад были командированы на Ближний Восток, чтобы вести разведку против зарождающегося ИГ.

Одновременно с этим российские усилия направлены и на формирование определенного информационного поля, объектом которого является российское население. Задача — подготовить сознание россиян к тому, что иностранные государства проводят агрессивную политику, направленную на поддержку терроризма. Например, сообщается, что террористы в Сирии получают оружие, боеприпасы и подкрепления живой силой через турецко-сирийскую границу в темное время суток. Минобороны констатирует, что прекращение огня на период переговоров активизировало террористические группировки. Министр иностранных дел России в интервью МК заявил о возможности сценария военной операции против Б.Асада, поскольку в резолюцию СБ ООН так и не смогли включить из-за нежелания американских союзников в регионе фразу, что "сирийский кризис не имеет военного решения".

Информационно-психологическое противоборство против России работает успешно: наше руководство исключает наземную операцию, но военно-техническая подготовка и обработка населения в этом ключе ведется. Активно формируется образ врага — терроризма и его спонсоров, проводится мониторинг общественного мнения на предмет оценки наземной операции России в Сирии (в декабре 2015 года 32% опрошенных оценили положительно такую вероятность, 51% выразили свое отрицательное отношение к данной перспективе).

*

СЦЕНАРИЙ ВТОРОЙ — САМОУСТРАНЕНИЕ

Другой расклад в геополитической игре вокруг Сирии — это самоустранение России через принятие решения о завершении сухопутной операции. Формально Россия может пойти на этот шаг в двух ситуациях: если достигнута поставленная цель, которая по последней версии звучит как уничтожение российских боевиков в Сирии. Или если исчезает легитимное основание присутствия российских сил, то есть Б.Асад складывает с себя президентские полномочия или иным способом отстраняется от власти. Однако маловероятно, что Кремль будет себя ограничивать формальными основаниями. Он может принять решение о прекращении операции, объявив об уничтожении боевиков или провозгласив, что методы Асада на новом этапе не соотносятся с российской политикой. Иными словами, вновь реализовать ливийский сценарий, отказавшись помогать Асаду, объявив его не союзником, а кем-то, "кто попросил о помощи". Собственно Медведевский вояж в Мюнхен уже и стал сигналом подготовки к такому сценарию.

Медведев в Мюнхене открыто объявил, что Сирия не союзник России — "у нас нормальные, вполне приличные отношения были, но это не какие-то союзнические отношения", мы никогда лично Асада не поддерживали, мы заинтересованы в восстановлении отношений с Западом. Отвечая на вопрос, поддерживает ли Россия Асада в его стремлении вернуть территорию страны под свой контроль, Медведев ответил — "не он будет определять масштабы присутствия российской армии, российских вооружённых сил там, а российские власти, Верховный главнокомандующий". Он опроверг вероятность наземной операции — "полноценная длинная война". Речь Медведева и его последующие интервью именно западным СМИ направлены были на зондирование ситуации — посмотреть, готов ли Запад поддержать стремление России покинуть зону конфликта, и что в обмен на это получит Россия.
На следующий день после этой речи состоялся телефонный разговор Б.Обамы и российского президента, в ходе которого американская сторона призвала Россию завершить воздушные авианалеты против сирийской оппозиции. Примечательно, что Кремль передал совершенно иной ракурс разговора — необходимость создания единого антитеррористического фронта при отказе от двойных стандартов, налаживание взаимодействия между представителями оборонных ведомств. Факт разговора может явно указывать, что миссия, с которой в Мюнхен был отправлен Медведев, а именно раскаяться во всем, убедить в желании дружить, возымела успех — Вашингтон вновь заговорил с Кремлем, и по всей видимости, именно о планах по сворачиванию военного присутствия России.

Представитель России при ООН В.Чуркин, комментируя слова Б.Асада о "решимости воевать до победы", объявил, что эта позиция сирийского лидера "диссонируют с дипломатическими усилиями, которые предпринимает Россия". Суть последних — усадить стороны за стол переговоров, привести их к компромиссу, в результате которого согласно резолюции СБ ООН должны пройти новые президентские выборы. А это уже прямой путь на отставку Асада. В.Чуркин, отметим, официальный представитель России в ООН, его высказывания, даже сопровождаемые фразами "мое личное мнение", отражают позицию официальной России. Угрозой прозвучала и фраза, что если сирийские власти собьются с курса следования за лидерством России, то "может возникнуть очень трудная ситуация. В том числе и для них самих".

Дипломатические признаки реализации этого сценария начинают подтверждаться и сообщениями о возможном сокращении военных расходов на 5%, хотя в Послании Федеральному собранию Президент объявил, что военные расходы сокращаться не будут. Снижение оборонных расходов скорее всего затронет не ВПК, а расходы на военную кампанию в Сирии, к завершению которой Кремль, возможно, уже начал готовиться.

Напряженность вокруг Сирии нарастает: битва идет не только на непосредственном театре военных действий, но и в информационном пространстве. И самое опасное для России в этом — это то, что решения в итоге будут приниматься единолично, без опоры на аналитические расчеты, прогнозы, сценарии развития. Либо спонтанно, эмоционально и истерично в результате провокации, либо на основе холодного расчета — возможности вернуться в мир рукопожатных персон.

***

ЕЩЁ ПО ТЕМЕ

Медведев в Мюнхене. За державу обидно

Итоги 2015 года

Последние месяцы Башара Асада

"Всё бы смогли сделать, если бы захотели". Интервью В.В.Путина

Мирный процесс в Сирии

"Минск" для Дамаска

Турецкий ли это кризис?

Сирийский "блицкриг" и афганские грабли

Популярное
Обсуждаемое
Рекомендуемое

Loading...