< Июнь 2017 >
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30    
Подписка rss
Поиск Поиск
ИГИЛ и вывод войск из Сирии

16 марта 2016 года
Закладки

От редакции "Россия навсегда": Автор Анатолий Евгеньевич Несмиян (Эль Мюрид) — публицист, аналитик, писатель. Эксперт по ближневосточной проблематике

***

ПРОПОРЦИИ

Фраза Шойгу, произнесенная им на докладе Путину, касающаяся двух тысяч уничтоженных боевиков в ходе операции, стала причиной двузначного толкования. Дело в том, что за ней было произнесено "выходцев из России".

Если между двумя этими фразами есть запятая, то понимать ее нужно как "2 тысячи, в их числе и выходцы из России". Если запятой нет — то речь идет только о выходцах из нашей страны: "На территории Сирии уничтожено более двух тыс. бандитов, выходцев из России, в том числе 17 полевых командиров", — цитирует РИА Новости Шойгу.

Всего Шойгу отчитался о 9 тысячах боевых вылетах, что означает уничтожение примерно 1 боевика за 4 вылета, в случае, если речь идет о первом варианте толкования. Цифра вменяемая и вполне реалистичная. Если сравнить ее с показателями работы тех же США, она близка к ним.

Неясности возникают, если Шойгу отчитывался о 2 тысячах ликвидированных боевиках-россиянах.

По имеющимся официальным данным, всего на территории Сирии (и в ИГИЛ, и в отрядах умеренных террористов) находится от 5 до 7 тысяч выходцев из стран СНГ, из которых россиян — около 2,5–3 тысяч человек. Неофициальные данные говорят о том, что эти цифры нужно удвоить: примерно 10 тысяч всего и около 4–5 тысяч из России.

Всего в Сирии воюет от 90 до 120 тысяч боевиков. Четыре крупнейших группировки: Джейш аль-Ислам (приблизительно 35–40 тысяч человек), Ахрар аш-Шам (около 30 тысяч), Джебхат ан-Нусра (приблизительн 10 тысяч) и, собственно, ИГИЛ — в Сирии на фронтах у группировки порядка 15 тысяч человек, территорию в глубине контролирует около 25 тысяч. Есть и боевики в Ираке — но здесь идет речь о Сирии. Соответственно, суммарно эти группировки насчитывают порядка 110 тысяч человек всего. Не входящие в эти организации боевики рассредоточены по нескольким сотням мелких отрядов, действующих в основном локально и состоящие либо из местных жителей, либо из иностранцев, воюющих в своеобразный газават (газа по-арабски — добыча, газаватом исстари назывались набеги). Их численность — около 20 тысяч голов суммарно.

Очевидно, что выходцы из России и СНГ, будучи относительно равномерно рассредоточены по отрядам боевиков, составляют приблизительно 5–7, возможно, даже 10 процентов от общей численности.

В таком случае, Шойгу, если он рапортовал о ликвидации 2 тысяч именно российских боевиков, должен был назвать и общее число уничтоженных в ходе бомбовых ударов. Чисто статистически они должны были составить порядка 20 тысяч человек. Обычная математическая пропорция, ничего сложного. К ним нужно добавить минимум 20–30 тысяч раненых в ходе ударов. Это прямо вытекает из доклада, если в нем указывались только российские боевики. Избирательность российских бомб, выцеливающих только российских боевиков, выглядит слишком смелым предположением. Качество разведки, которая бы наводила наши самолеты только на "наших" боевиков, тоже вызывает сомнения: порядка 80 процентов данных предоставлялись сирийцами, а они точно в последнюю очередь занимались определением паспортных данных у переданных россиянам целей.

Судя по всему, речь в тексте доклада шла именно о запятой между двумя фразами — любое иное его толкование выглядит абсурдом. 40–50 российских самолетов могли уполовинить численность боевиков только в случае ядерных бомбардировок. Иначе говоря, в отчете Шойгу были указаны общие цифры потерь всех боевиков — 2 тысячи, из них 17 полевых командиров, в указанном количестве есть и боевики из России.

Но тогда нужно понимать, что те же пропорции позволяют установить (естественно, примерно) численность ликвидированных выходцев из России. Максимум, что можно предположить, речь идет о 150–200 российских террористов — не более 5 процентов от их общей численности. Для того, чтобы теми же темпами уничтожить большую часть "наших" боевиков, нужно было продолжать операцию еще лет 10. Однако проблема в том, что согласно имеющимся данным, численность россиян за последний год резко возросла — примерно в два-три раза. Это означает, что сохранение прежних темпов бомбардировок все равно было недостаточно для уничтожения большей их части даже за десятилетие. Но все это уже очень умозрительно. Задача решена, все домой. Теперь российские боевики — не наша проблема.

*

ИГИЛ И ВЫВОД

Вывод войск из Сирии ставит совсем в иную плоскость вопрос: #чтотамуИГИЛ? До вчерашнего дня можно было бодро прогнозировать, что разгромив наголову умеренных террристов и усадив оставшихся в живых за стол переговоров с Асадом(все 80 тысяч выживших после нещадных бомбежек), мы приступим к тому, ради чего, собственно, и появились в Сирии. Во всяком случае, из телевизора нас уверяли, что ИГИЛ — это кошмар человечества, что мы его атата на дальних подступах, что нужно наших боевиков перебить там, чтобы они не пришли сюда. В общем, до вчерашнего вечера все было ясно и прозрачно, ни малейших сомнений в светлом будущем быть не могло. И вот вчера вечером этот дивный свет померк. Разъяснений не поступило.

В общем-то, ИГИЛ как таковой на самом деле мало кого беспокоит. Его дежурно бомбят и выжимают в пустыню, периодически рапортуя о павших лидерах (буквально сегодня Штаты официально подтвердили гибель Омара аль-Шишани — того самого Тархана Батирашвили). Однако сказать, что цивилизованный мир как-то серьезно обеспокоен существованием Исламского государства — это значит серьезно покривить душой. Скорее, ИГИЛ уже встроен в стратегию всех, кто хоть как-то занимается делами региона, и ему отведена вполне существенная роль.

Россия вообще с ИГИЛ не заморачивалась с самого начала. Удары по его территориям и объектам носили больше медийный характер — особенно это стало заметно после турецкого "удара в спину".

За первые месяца три бомбардировок наши военные более-менее разобрались, кого они бомбят и стали оперировать названиями группировок, хотя в самом начале все свои цели скороговоркой именовали просто ИГИЛ. Однако после ухудшения отношений с Турцией пришлось показательно повоевать и с настоящим Исламским государством — тут-то и обнаружилось, что и военные, и невоенные откровенно "плавают" в теме. Здесь и некрасивая история с нефтецистернами курдов, которых наши сгоряча выдали за ИГИЛовские, и завышенные на порядок объемы добычи и выручка за продажу нефти. Серьезно испортив отношения с Турцией, наши сгоряча вплотную подошли к конфликту в курдами — причем самыми пророссийскими из имеющихся — курдами Барзани. На брифингах нзывались иногда очень заниженные, а иногда совершенно абсурдно завышенные данные о численности, боевом составе и технике ИГИЛ. Пробелы в знаниях компенсировались чисто по-военному: уверенностью в голосе.

Но все это быстро закончилось, и уже через месяц после истории с самолетом наши, вздохнув с облегчением, привычно принялись бомбить умеренных, на чем можно было ставить точку.

Тем не менее, проблема-то никуда не девается. ИГИЛ остается на прежних позициях, а разблокированная база Квейрис — пожалуй, единственный успех в борьбе с ним, о котором можно было сказать вслух. Шойгу, кстати, вчера и упомянул о ней в разговоре с Путиным. Доклад главкому об операции батальонного уровня союзной армии — это, конечно, нонсенс, но ничего другого в качестве достижения все равно не было. При этом ИГИЛ не потерял способность и возможность вести наступательные действия, что он и доказал, перерезав на неделю снабжение всей группировки Асада в Алеппо. В общем, этот матч мы явно сыграли вничью.

Как быть теперь с ИГИЛ — неясно. И неясно главное — так мы уже остановили его на дальних подступах или еще нет? Ликвидировали его финансирование? Сократили ли поток боевиков из стран СНГ и России? Что вообще изменилось, в какую сторону и что дальше?

Ну, и относительно внезапности принятого решения. Учитывая, что ночью ток-шоу вышли не по теме вывода войск (хотя казалось бы, событие более чем знаковое), можно сказать, что даже днем на телевидение (когда и записываются эти передачи) не поступала команда готовить данную тему к эфиру. Фактически решение было принято чуть ли не в прямом эфире и весьма внезапно. Правда, слухи о выводе начали ходить дня за два-три, но были очень неконкретными как по срокам, так и по масштабу.

С масштабом и сроками сегодня все в полном порядке — наши стремительно ретируются из Сирии. Уже сообщили о первых двух группах самолетов, вылетевших в места постоянного базирования. Учитывая, что самолетов там не очень много, таких групп будет еще три-четыре. Логично было бы их, конечно, оставить сирийцам — просто потому что износ матчасти делает их дальнейшую эксплуатацию бессмысленной — проще дать им с честью доработать до полного исчерпания ресурса. Но скорее всего, у сирийцев просто нет такого числа летчиков и обслуги. Да и с боеприпасами совсем негусто.

Источник: 1, 2

***

ЕЩЁ ПО ТЕМЕ

Хитрый план для Сирии

Дело и слово

Сирийский "блицкриг" и афганские грабли

Отвозмездились

Популярное
Обсуждаемое
Рекомендуемое

Loading...