< Август 2017 >
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31      
Подписка rss
Поиск Поиск
Путинская "стратегия" и прогноз развития

08 января 2017 года
Закладки

От редакции "Россия навсегда": Автор Степан Степанович Сулакшин — генеральный директор Центра научной политической мысли и идеологии, д.полит.н., д.физ.-мат.н., профессор.

***

Путинская, если можно так выразиться, стратегия заключается на деле в зависимой позиции по отношению к ведущим державам мира. Прежде всего это, конечно, США. Но кроме этого (что менее заметно аналитикам) ещё и Китай. И тот, и другой вектор выглядит странным.

Товарообмен между США и Россией смехотворно невелик — меньше, чем между Россией и Белоруссией. Товарообмен с Китаем, а также инвестиционные потоки, падают на десятки процентов — фактически Китай негласно соучаствует в западных финансовых санкциях. Во всём портфеле китайских инвестиций в мире российская доля составляет менее 2%. Знаменитый отмывочно-распилочный и убыточный для России проект "Сила Сибири" Китаем так и не финансируется, несмотря на предварительные "заманушки" в тот момент, когда Россию приглашали в эту ловушку.

*

СТРАТЕГИЯ НЕСУВЕРЕННОСТИ

Путинская стратегия, конечно, не является стратегией, потому что эти ожидания демонстрируют фактическую несуверенность страны. Несуверенность сформирована фундаментально.

Эмиссионная функция Центрального банка, которая должна была бы обеспечивать внутренний рублёвый замкнутый экономический оборот, подавлена в 2,5 раза (а если считать по отношению к китайским нормативам, то более, чем в 4 раза).

Курсообразование, влияющее на соотношение эффективности национальной экономики и степени участия внешних спонсоров, отдано на откуп институтам международной спекулятивной манипуляции. И так называемые инвестиционные фонды, а по сути свободные валютные зарубежные фонды, в том числе подчиняющиеся серьёзным теневым стратегиям, стратегиям в масштабах спецслужб, полностью управляют курсом рубля к доллару, то есть управляют и структурой российской экономики.

Никогда в объёмах доходов федерального бюджета нашей страны доля зависимости от экспорта углеводородов не была столь высокой. Экспорт углеводородов — статья малосуверенная, поскольку и цена на нефть, и производная на газ, и объёмы внешнего заказа определяются вовсе не национальными российскими институтами.

В условиях, когда Запад объявил санкционную войну, он включил ещё и механизм сброса цен на нефть, а также фактически ползучее, но обещающее перейти в открытое и форсированное, эмбарго на поставки российских углеводородов. Это делается с помощью демпинга, в том числе и ближневосточных союзников США, а также с помощью форсированного развития сланцевых технологий, исторического разрешения в США на экспорт нефти и газа, намерений администрации США, высказанных ещё Обамой, полностью закрыть потребности Европы в энергетических поставках. Поскольку путинская экономическая политика абсолютно не реагирует на эти угрозы, не производит диверсификацию экономики, не производит суверенизацию, не восстанавливает монетарное обеспечение национальной экономики, то становится понятным, что его ожидание благоволений американской и китайской экономик является системным элементом так называемой стратегии. Несложно понимать, что столь несуверенная позиция означает только одно — путинская Россия отказывается от поиска и реализации внутренних источников развития, собственных национальных интересов и своего права на участие в форматировании мировой повестки дня.

*

ХОЛОДНАЯ ВОЙНА ИЛИ G2?

Что при таком раскладе, который, безусловно, понимают и Китай, и США, они могут планировать относительно стратегии развития мира?

По самому крупному счёту варианты раскладываются на два класса.

1. Биполярный мир, в котором США и Китай реставрируют период холодной войны Запада и Советского Союза, затрачивают колоссальные средства на вооружение и противостояние, балансируют на грани серьёзнейших, вплоть до катастрофических, рисков.

2. Синтез интересов и квазибиполярный мир, в котором появится новый институт и стратегия. Условно эту конфигурацию можно назвать G2. Две самых экономически мощных страны, а в определённой перспективе Китай будет способен установить и военный паритет с США, вполне могут договориться об условном разделе мира и интересов. При этом они сэкономят значительные ресурсы, снизят уровень рисков и гарантируют себе интенсивное внутреннее развитие с соответствующим благодарным отношением населения к актуальным властям и лидерам. Этому варианту содействуют важнейшие глубинные обстоятельства — ментальность китайской цивилизации и ментальность западной цивилизации, включая дочернюю американскую, как ни странно, сходны.

Прагматические, материалистические, меркантилистские мотивации, очень своеобразная прагматическая духовная надстройка — особенно заметна эта разница при сопоставлении цивилизационных ценностных профилей Китая с Индией, Китая с русской российской цивилизацией, Китая с цивилизацией ислама, латиноамериканской цивилизацией (См. Сулакшин С.С. Количественная теория цивилизационогенеза и локальных цивилизаций).

Такого напряжения и противостояния на уровне исторической онтологии, как между западной и русской российской цивилизациями, по китайско-американскому вектору нет. Не случайно конспирологи время от времени выступают с открытиями "эпохального" характера в виде переселения финансовых хозяев мира (то Ротшильдов, то Рокфеллеров) из США не куда-нибудь, а именно в Китай.

*

США-РОССИЯ-КИТАЙ: МЕЖ ДВУХ ОГНЕЙ

Как в этих двух раскладах, а именно: новая холодная война Китай-США или новый раздел мира по формуле G2 (Китай и США), будет позиционировать себя Россия?

Во-первых, надо видеть, что российский экономический фактор в обоих раскладах на нынешнем уровне и при нынешних тенденциях его сворачивания фактически не играет никакой роли.

"Энергетическое оружие сверхдержавы" (по Чубайсу), как видим, не является значимым фактором и вполне себе может оказаться незамеченным в стратегических раскладах, а также компенсировано новыми энергетическими стратегиями, воспроизводимой энергетикой, новыми технологиями. Технологическое первенство, монополия на ноу-хау в путинской России уничтожены и деградация только прогрессирует — это касается и науки фундаментальной, и науки прикладной, генерирующих упомянутые ноу-хау. Здесь нет никаких надежд в рамках путинской модели. Во-вторых, военный фактор (как это хорошо видно на примере присоединения Крыма) уже в Донбассе фактически "захлебнулся", поскольку в геополитическом отношении он кратно перекрывается возможностями экономической и политической блокады консолидированного Запада. Если представить себе, что в этой блокаде Китай от необъявленной стадии перейдёт к политически провозглашённой, то ядерный потенциал России никаким образом не поможет ей обеспечить национальные интересы и даже национальную безопасность. Эта схема апробирована на Ираке и сейчас путинскую Россию фактически ведут по такой же дороге.

*

В ОЖИДАНИИ ДРУЖБЫ И ПАРТНЁРСТВА

На каком основании Америка должна вернуться к своей политике, проводимой до 2007 года, полагая, что путинская Россия вполне себе рассталась и уничтожила связанность с русско-российскими цивилизационными корнями, растворилась в ценностях Запада и удовлетворяется положением третьеразрядной державы на периферии западного мира? Зачем Америке вновь испытывать непредсказуемость путинской России, когда её переход к стадии окончательного решения русского вопроса показывает столь высокую эффективность?

Россия деградирует, начинает разваливаться социально-политически и вопрос контроля над ядерными арсеналами, некоторыми иными опасными арсеналами, вероятно, для американо-китайского G2-альянса будет им стоить гораздо меньше и будет решён вполне себе эффективно.

Не видно доводов, по которым США могут вернуться хотя бы к декоративной, театрализованной, водевильной постановке вопроса о партнёрских отношениях с Россией. Таких доводов уже нет. Сирийский настойчивый путинский шантаж США, как видно, ни к чему не привел.

Вариант, упомянутый в начале данного анализа, о стратегическом военном противостоянии США-Китай и розыгрыше российской карты в этом случае существенно менее вероятен.

В первую очередь, потому что ставка на силу, как это показала советско-американская гонка вооружений, не имеет исхода и максимум, что она может давать, — это десятилетия гарантии от сверхкрупного мирового военного конфликта. Но такие гарантии достигаются и гораздо менее затратным способом в обсуждённом выше варианте.

Даже если предположить такую стратегию, то на чьей стороне и каким образом Россия смогла бы реализовать свои национальные интересы и национальную безопасность?

Если вспомнить, что в ценностно-цивилизационном плане, духовном плане, и Китай, и китайская цивилизация, и западно-американская цивилизация, равным образом чужды России, то выбор здесь фактически симметричен — то ли это может быть альянс с Китаем, то ли это может быть альянс с США, но в любом из этих вариантов Россия попадает в положение геополитической "подтанцовки", в положение фактической зависимости и несуверенности. Абсолютно одинаковым образом выглядит вызов: если страна не переориентирует показатели этатизма и автаркии на оптимальный уровень, если она не займётся развитием внутренних экономических потенциалов, прежде всего суверенных и самовоспроизводимых, то нет никакой разницы, в альянсе с кем, с Китаем или с США, влачить дальнейшее третьеразрядное существование на грани устойчивости государственности России.

*

ПЕРСПЕКТИВЫ НА БУДУЩЕЕ

Этот расклад позволяет сделать важнейшие выводы.

Уже в следующем десятилетии вероятнее всего реализуется вариант G2. Этому способствует ещё и прогноз, который сделан нами несколько лет назад относительно внутреннего перерождения идейно-властной конструкции Китая. Нарастание (как традиционно говорят) буржуазного сословия богатых и сверхбогатых китайцев перейдёт в фазу претензий на власть и законодательного закрепления преференций по тем же формулам либерализма, которые были внедрены в 1993 году в российскую Конституцию. На горизонте 2025 года в Китае произойдёт так называемая идейно-властная трансформация — это только усилит интенции Китая на формирование стратегического раздела мира с США по формуле G2. России тут, как очевидно, ничего не перепадёт.

Второй вывод заключается в том, что путинская Россия ничего не дождётся ни по восточному, ни по западному вектору. Со страной, являющейся самоедской, нежизнеспособной, несуверенной, уничтожающей саму себя, стратегия может быть только одна — дожидаться, пока эта страна геополитически свернётся, и тогда заняться делёжкой доставшегося приза в виде природных ресурсов, в виде откровенно колониальных схем взаимодействия с остатками населения, производственных и иных инфраструктур. С территории этой страны возникнут массовые потоки беженцев, но от них Европа, отработав это на нынешних проблемах беженцев, сумеет эффективно защититься. Территория бывшей русско-российской цивилизации превратится в вымирающую (в цивилизационном смысле) зону. Не хочется предполагать, что она будет напоминать ливийские и сирийские развалины, но этого исключать тоже нельзя. Уж слишком похожа дорога, по которой настоящие стратеги проводят страны арабского пояса, на ту дорогу, по которой Путин ведёт Россию по указкам и подсказкам "пятой колонны", которую он же фактически и возглавляет.

*

РОССИИ ПОРА ПРОСЫПАТЬСЯ

Если Россия не поменяет идейно-властный концепт, модель страны, не перейдёт к иной идеологии от либерально-космополитической и либерально-монетаристской к оптимальной, жизнегенерирующей, то самый неприятный из перечисленных сценариев станет самым вероятным.

Это вызов российскому населению, российским общественным и политическим лидерам, мыслителям, представителям самых разных современных страт и сословий, включая, впрочем, и крупный бизнес, и олигархат — не особенно их ждут и приветствуют ни на Западе, ни на Востоке. И в какой-то момент, который можно прогнозировать в среднесрочной перспективе, можно ожидать расслоение путинской элиты, появление контрэлиты с поддержкой шансов на оздоровление страны.

Варианты оптимального переустроения страны, отдалённые от догматических полюсов (экспроприация экспроприаторов или приватизация последних потенциалов государственности страны), существуют. Об этом говорит новая теория политического центризма, многомерного оптимизированного устроения в факторном пространстве жизнеобеспечения государственности России и всех её институтов.

Теоретическая база позволяет вырабатывать жизнеустроительные проекты, прежде всего, проект новой Конституции, который синтезирует права и свободы с ответственностью и обязанностями, синтезирует баланс интересов личности, общества и государства, который построен по принципу максимизации общей успешности страны при построении сложной функции цели, включающей все законные интересы всех законных социальных групп интересов.

Это вполне серьёзный проект, который в состоянии ответить на вышеуказанные признаки и сформировать жизнеспособный, саморегулируемый механизм устроения российской государственности и бытия. Устроения, комплиментарного и ко внешним средовым условиям. Такой механизм можно назвать как "механизм навсегда".

Вероятно, приходит время, когда политические, экономические лидеры должны как минимум увидеть этот проект и, на наш взгляд, реализовать шанс на его воплощение в жизнь. Это в интересах всех групп населения страны, всех её достижений — и по части социализации бытия, и по части прав и свобод человека, но при новой постановке вопроса об их гармоничном синтезе.

Популярное
Обсуждаемое
Рекомендуемое

Loading...