< Июль 2018 >
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          
Подписка rss
Поиск Поиск
Выборы 2018, Павел Грудинин и кризис левого движения: 1. Может ли бизнесмен быть коммунистом?

09 февраля 2018 года
Закладки

"Миллионер и подмосковный олигарх Павел Грудинин не является ни левым, ни коммунистом, ни даже серьезным претендентом на президентский пост, а выдвижение его от КПРФ свидетельствует, что и сама партия в её нынешнем виде не способна не только выступать в роли левой оппозиции, но и полностью утратила связь со своими историческим корнями и традициями" — публикуем резонансный аналитический доклад Института глобализации и социальных движений "Выборы 2018, Павел Грудинин и кризис левого движения", презентация которого состоялась 6 февраля в пресс-центре ИА Росбалт в Москве.

Авторы:

Борис Юльевич Кагарлицкий — канд.полит.наук, социолог, левый публицист, директор Института глобализации и социальных движений (ИГСО);

Анна Владимировна Очкина — канд. философских наук, социолог, зам.директора ИГСО, зав.кафедрой методологии науки, социальных теорий и технологий Пензенского государственного университета, член редакционного совета журнала "Левая политика";

Анатолий Юрьевич Баранов — журналист, левый публицист, писатель. Редактор официального сайта КПРФ (2003–2007), главный редактор Открытой электронной газеты Форум.мск и сайта Правда-инфо. Депутат общественного объединения "Национальная ассамблея Российской Федерации".

Даниил Игоревич Григорьев — экономист, эксперт Центра экономических исследований ИГСО, сотрудник редакции журнала "Рабкор".

***

Кандидатура бизнесмена Павла Николаевича Грудинина, выдвинутая Коммунистической партией Российской Федерации на пост президента России в декабре 2017 года, немедленно вызвала острые споры среди левых. Одна часть встретила это решение с энтузиазмом, увидев в происходящем признак новых веяний в партии. Многие связывали с Грудининым надежду на внушительный успех и даже на победу в предстоящих президентских выборах. Другая — большая — часть левых организаций и активистов отнеслась к произошедшему крайне скептически или резко негативно. Развернувшаяся полемика привела к жесткому размежеванию между двумя течениями, в некотором смысле напоминающему знаменитый раскол российской социал-демократии на меньшевиков и большевиков. И хотя в данном случае трудно удержаться от повторения известной формулы Маркса, что история трагедии повторяется в виде фарса, необходимо признать, что данные события будут иметь далеко идущие последствия как для левого движения в нашей стране, так и для дальнейшего развития российской политики в целом.

Выдвижение Павла Грудинина оказалось не просто неожиданностью для членов КПРФ, активистов и сторонников партии, для общественности. Оно явным образом противоречило всем идеологическим и социальным основаниям левого движения. Партия, формально претендующая на то, что является выразителем интересов трудящихся и заявляющая о борьбе против буржуазного порядка, выдвинула своим кандидатом капиталиста, миллиардера, подмосковного олигарха. В качестве человека, который должен стать лицом оппозиции, был предложен деятель, который долгое время был лицом власти, выступая в качестве доверенного лица президента В. В. Путина и в качестве депутата от "Единой России". Правда, за прошедшие годы Грудинин несколько раз менял политическую ориентацию, сближаясь то с партией власти, то с Владимиром Жириновским, то с патриотами и КПРФ, в зависимости от того, как складывались конъюнктурные обстоятельства. В ряды коммунистической партии бизнесмен вступать отказался, объяснив, что ничего против ей идей не имеет, но пропагандирует эти принципы как беспартийный.

Кандидатом от КПРФ он также стал не по инициативе коммунистов, а в качестве представителя "национально-патриотических сил". Он был выдвинут Постоянно действующим совещанием Национально-патриотических сил России (ПДС НПСР), потому на некоторых его предвыборных плакатах рядом с серпом и молотом демонстрируется черно-желто-белый имперский триколор и черный двуглавый орел — символы, традиционно используемые крайне правыми.

В то же время сторонники Грудинина подчеркивают, что о человеке надо судить не по его прошлому, а по его текущей деятельности, напоминая, что и в истории социал-демократического движения, особенно на его ранних этапах, было несколько идейно прозревших капиталистов, начиная от самого Фридриха Энгельса, заканчивая московским фабрикантом Николаем Шмитом. Предметом ожесточенной полемики становятся масштабы личного состояния Грудинина, организация его бизнеса, его жилье и даже его внешний вид. Между тем оценку той или иной персоны, ведущей политическую деятельность, надо делать именно на основе критериев политических. А личные качества кандидата в президенты должны рассматриваться в контексте более масштабных общественно-политических процессов. В этом плане принципиально важно не только то, что представляет собой Павел Николаевич Грудинин как предприниматель или как личность, но и то, какие тенденции он выражает в качестве кандидата в президенты, что привело к его появлению на данном поле и какими могут быть последствия.

И само выдвижение Грудинина от КПРФ и развернувшаяся вокруг него полемика, приведшая к масштабному расколу среди левых, не случились на пустом месте. Они явились следствием серьезных эволюционных изменений как в левом движении, так и в обществе. И то, как это проявилось в избирательной кампании 2018 года, свидетельствует, что данные процессы дошли до критической точки.

*

ГРУДИНИН И КПРФ

Кандидатура П.Н.Грудинина как будто специально подобрана таким образом, чтобы вызвать максимальное раздражение у ядерного электората КПРФ и вообще у левой части оппозиции. Тут и классовая принадлежность, которая не слишком удачно маскируется брендированием имени Ленина. Тут и биография, в своих реперных точках никак не позиционирующая его как сторонника каких-то левых, патриотических и вообще оппозиционных идей — в 1993-м году Грудинин спокойно занимал должность коммерческого директора хозяйства, позже, как и многие владельцы крупного бизнеса, вступил в партию власти, заседал от нее в местном законодательном органе, позже в 2007–2011 годах избирался депутатом Московской областной думы 4-го созыва, пройдя по списку партии "Единая Россия" и даже был доверенным лицом Путина на президентских выборах 2000 года.

Только в 2010-м году Грудинин вышел из "Единой России", причем есть основания полагать, что инициатива шла не с его стороны, а со стороны партии. В 2010 году он захотел стать главой Ленинского района Московской области. Правда, согласия партии власти на это не получил, и пошел на выборы в качестве самовыдвиженца. Избирком нашел в его подписных листах нарушения и в регистрации отказал. После этого Павел Грудинин и оказался вне "Единой России".

После неудачной попытки сблизиться с ЛДПР, вошел в контакт с КПРФ и в 2011 году был выдвинут на выборах в Московскую областную думу 5-го созыва по списку партии, возглавляя региональную группу по Ленинскому одномандатному округу. Однако за месяц до выборов, в журнале "Русский репортёр" вышла статья про совхоз имени Ленина и его главу под названием "Палниколаич имени Ленина". Конкуренты Грудинина из "Единой России" обратились в Московский областной суд, который в ноябре 2011 года усмотрел в интервью бизнесмена признаки экстремизма и отменил регистрацию. В 2013 году на выборах в Совет депутатов Ленинского муниципального района VI созыва по одномандатному округу Грудинину было отказано в выдвижении все по тому же решению суда.

18 сентября 2016 года Грудинин баллотировался в Государственную думу РФ VII созыва от КПРФ по партийному списку (девятый номер в региональной группе №27, Московская область) и по Люберецкому одномандатному округу №121 (Московская область), однако не прошёл по итогам распределения депутатских мандатов, а в одномандатном округе занял второе место (13,14%). То есть электоральный потенциал персонально Грудинина не является большой находкой для КПРФ, в которой состоят куда более успешные в плане участия в выборах политики.

Даже на последних по времени муниципальных выборах в собственной "вотчине", в поселке Совхоза имени Ленина Грудинин, хотя и бесспорно выиграл, но получил около 20 процентов от всех избирателей. Не слишком впечатляющий результат в поселке, где, согласно официальной версии штаба Грудинина, построен "островок социализма", и буквально каждый житель обязан своим благополучием лично руководителю хозяйства.

Если же мы возьмем список Совета депутатов муниципального образования сельское поселение Совхоз имени Ленина Ленинского муниципального района Московской области, то из избранных 10 депутатов два самовыдвиженца, двое выдвинуты КПРФ (но не являются, как и их шеф, членами партии) и 6 человек, абсолютное большинство, не только выдвинуты "Единой Россией", но и являются членами этой партии. Совхоз имени Ленина совсем не является электоральной базой КПРФ, скорее наоборот, он представляет собой территорию, полностью лояльную действующей власти.

Собственники компании "Совхоз имени Ленина" находятся в офшорах, а Грудинин категорически отказался называть их имена, добавив, что уход в офшор "это дополнительная защита для его бизнеса". По словам Грудинина, он понимает бизнесменов, которые прячутся в офшоры. "В стране такая политика, что государство само зачастую выступает в качестве главного рейдера. Деофшоризация станет реальной, когда у нас незыблемым станет понятие частной собственности", — заявил кандидат заявил кандидат от коммунистической партии. В принципе, подобные заявления вполне уместны в устах либерального политика и вполне подошли бы для других кандидатов в президенты, например, для Ксении Собчак или Бориса Титова. Также вполне понятно, что кандидат левых сил, если он стремится привлечь более широкие слои избирателей, не должен пугать публику призывами к тотальной национализации. Однако сочувственный тон, в котором были произнесены слова о бизнесменах, вынужденных прятать свои капиталы от налогов в офшорных зонах, явно контрастирует с образом человека, претендующим на роль представителя левых сил.

Отношения Грудинина с КПРФ в целом являются очень странными. До начала кампании он не рассматривался в качестве первостепенного кандидата на выборы — до последнего дня Г.А.Зюганов посылал сигналы обществу, из которых следовало, что выдвигаться намерен он сам. На съезде, где произошло неожиданное выдвижение Грудинина, против него выступали именно наиболее электорально успешные политики — мэр Новосибирска А.Локоть, губернатор Иркутской области С.Левченко, и.о. губернатора Орловской области А.Клычков.

Если разговоры о том, что Зюганов уже стар и пора ему подыскивать себе замену, в партии ведутся давно, то выдвижение вместо давно заявленных "преемников" — депутатов Госдумы и заместителей Зюганова по партии Ю.Афонина или Д.Новикова, беспартийного, не прошедшего на последних выборах в депутаты Госдумы, строго говоря никак не связанного с партией бизнесмена — вызвало некоторый шок даже у самых надежных партийцев. Тем более, что в начале кампании Грудинин хотя бы намекнул, что вступит в партию, но уже через месяц на пресс-конференции в Екатеринбурге заявил: "У меня абсолютно такие же принципы как у КПРФ, я полностью поддерживаю то, что они делают в Государственной думе, какие законы они вносят. Но я думаю, что я им больше пригожусь, как человек, который пропагандирует эти принципы как беспартийный" (Грудинин отказался вступить в КПРФ. Интерфакс, 1.2.2018) .

Эти его слова можно понять однозначно: после голосования, независимо от его результата, П.Н.Грудинин не планирует связывать свою судьбу с КПРФ. Нет у него и намерения продолжать политическую борьбу в случае неудачи на президентских выборах. В своих интервью он прямо признавался, что если не станет президентом, собирается вернуться к своей прежней работе в бизнесе (В кругах политических комментаторов бытует мнение, что Грудинин претендует на пост губернатора Московской области, но сам кандидат эти предположения пока не подтвердил). Поскольку в нынешних условиях шансы оппозиционного кандидата войти в Кремль по итогам официального подсчета голосов практически равны нулю, возникает закономерный вопрос: зачем КПРФ нужна фигура, не имеющая и не стремящаяся иметь политическое будущее?

*

МОЖЕТ ЛИ БИЗНЕСМЕН БЫТЬ КОММУНИСТОМ?

С первого же дня, когда была выдвинута кандидатура Павла Грудинина, началось обсуждение вопроса о его классовой принадлежности. Если верить прессе, личное состояние Грудинина, составлявшее в 2009 году 16 млн рублей, к 2017 году достигло 5 млрд рублей. Иными словами, кандидат от КПРФ не только принадлежит к российской буржуазии, но и относится к той её части, которая обогатилась именно за годы экономического кризиса. Наибольшего процветания П.Н.Грудинин достиг как раз в то время, когда большинство его сограждан столкнулось с нарастающими финансовыми трудностями. В ходе избирательной кампании информация о капитале Грудинина пополнялась новыми подробностями, включая сведения о его счетах в Швейцарии и Австрии, которые, вопреки законодательству, так и не были закрыты перед выборами. Легко догадаться, что любому другому кандидату подобные ошибки несомненно стоили бы лишения регистрации и снятия с гонки, но в случае с Грудининым всё прошло исключительно гладко, Центральная избирательная комиссия лишь констатировала наличие нарушений, не сделав из этого никаких выводов, а сам кандидат уверенно заявил, что с незакрытыми счетами "нет никаких проблем вообще".

В задачу данного доклада не входит анализ различных компрометирующих материалов, которые распространяются в прессе по ходу кампании. В России любой человек, занимающийся политикой, подвергается постоянным попыткам дискредитации с помощью всевозможного компромата, как основанного на реальных фактах, так и имеющего в своей основе различные слухи и домыслы или передергивание фактов.

Интерес в данном случае представляет не столько сам бизнес Грудинина, сколько его интерпретация сторонниками и противниками кандидата. Будучи директором закрытого акционерного общества "Совхоз имени Ленина", П.Н.Грудинин, с одной стороны, является крупным предпринимателем (ему, по собственному признанию, принадлежит 42,8% акций компании, по другим публикациям — 44%), а с другой стороны, претендует на то, чтобы представлять советское наследие, продолжая традицию "красных директоров" начала 1990-х годов.

Правда, "красные директора" отличались от либеральных "эффективных менеджеров" тем, что выступали против приватизации своих предприятий. После победы Бориса Ельцина над парламентом в 1993 году, движение "красных директоров" быстро сошло на нет, а его участники либо покинули свои посты, либо сами приняли активное участие в приватизации. Кандидат от КПРФ относится именно к этой последней категории. Показательно, что вначале акционерами приватизированного предприятия были 526 работников бывшего совхоза, тогда как к настоящему времени число собственников сократилось до 40 человек.

Критики кандидата настаивают на том, что он фактически отнял землю и собственность у крестьян, тогда как его сторонники напоминают о высоких зарплатах и социальном обеспечении оставшихся в компании работников. Средства для этого фирма получает не столько от производственной деятельности, сколько от работы с недвижимостью — предприятие находится в непосредственной близости от Москвы, и жилье, построенное на его земле, ценится дорого.

Как бы ни оценивать хозяйственную деятельность Грудинина, она не выходит — и в негативном и в позитивном своём аспекте — за пределы обычной капиталистической практики, когда, с одной стороны, происходит обезземеливание крестьян и концентрация ресурсов в руках крупных собственников, а с другой стороны, лояльность работников, оставшихся на предприятии, поддерживается относительно высокими зарплатами и доступом к социальному пакету. Думать, будто патерналистские практики, используемые в ЗАО "Совхоз им. Ленина", будут тиражированы в масштабах страны нет никаких оснований. Не потому, что Грудинин этого не захочет сделать, а просто потому что данные методы управления четко привязаны к специфическим условиям подмосковного хозяйства, благополучие которого зависит от состояния столичного рынка недвижимости. Политическая история практически не знает примеров успешного превращения бизнесменов в политиков. Лежащим на поверхности исключением, подтверждающим это правило, впрочем, является история Дональда Трампа, избранного президентом США в 2016 году.

Это даже дало основание одному из колумнистов сайта "Рабкор" написать: "Успех Трампа стал „фишкой“ прошлого года. По его образу и подобию отечественные политтехнологи создают своего электорального голема с клубникой и псевдо-советским бэкграундом. Спойлер-партнёр Грудинин призван удовлетворить запросы наиболее консервативной части российского пролетариата. Кроме традиционных для КПРФ тем, эксплуатируются проблемы трудовой миграции, создания новых рабочих мест, повышения эффективности госрасходов. Политический бройлер непрезидентского полёта предлагает модель решения проблем пролетариата справа, то есть буржуазными методами. Как в скверном советском анекдоте, пиратская копия Трампа оказывается ни на что не годной пародией на американский прообраз. Политический кругозор российской бюрократии по-прежнему крайне ограничен. Он не выходит за рамки ученического копирования экзерсисов американских политтехнологов" (А.Семухин. Русский Трамп? Рабкор, 10.1.2018).

Между тем неформальный запрет на выдвижение действующих бизнесменов кандидатами на топовые посты от политических партий, в том числе даже буржуазных, имеет глубокие основания. Человек, сосредоточенный на защите интересов одного конкретного бизнеса, не может быть достойным выразителем общих интересов всей буржуазии. Что уж тут говорить о выражении интересов трудящихся или общества в целом. Так называемый "конфликт интересов" накладывается в данном случае и на определенный психологический фон, когда методы, успешные в частном бизнесе, переносятся на политику, сферу живущую по совершенно иным правилам. И в этом смысле история Дональда Трампа является прекрасным подтверждением тезиса "от обратного". Затратив изрядную часть своего состояния, чтобы выиграть выборы, он не смог ни создать устойчивой команды, ни стать эффективным и популярным президентом. В свою очередь Грудинин явно не готов вкладывать с большим трудом заработанные личные капиталы в политику, что свидетельствует о том, что повторить успех Трампа он не только не может, но и не хочет.

Выводов, которые напрашиваются из всего вышесказанного два. Во-первых, если тот или иной представитель частного бизнеса и может проникнуться социалистическими или коммунистическими идеями, это отнюдь не делает его пригодным для выдвижения в качестве кандидата от левой (или вообще какой-либо) политической партии. Во-вторых, если даже среди капиталистов есть люди с левыми убеждениями, то к П. Н. Грудинину это явно не относится, поскольку вся его предшествующая деятельность не демонстрирует последовательной приверженности каким бы то ни было убеждениям.

*

КАНДИДАТ БЕЗ ИСТОРИИ И РЕПУТАЦИИ

Выдвижение кандидата на высший государственный пост является итогом политической карьеры, кульминацией его личной и политической судьбы. Иными словами, к такому событию надо идти сознательно и целенаправленно. Напротив, Павел Грудинин хотя и не является совершенным новичком в политике, по отношению к левому электорату и активу КПРФ выступает как "человек ниоткуда". Его политическое прошлое не только не является основанием, предпосылкой и предысторией его нынешней деятельности, но, напротив, является скорее проблемой для кандидата, а потому не может стать частью его предвыборного "багажа". Перспективы дальнейшего сотрудничества кандидата с партией в лучшем случае туманны, а его собственные планы за пределами избирательной кампании не определены. Каковы же причины, заставившие руководств КПРФ сделать ставку именно на эту фигуру?

Как ни парадоксально, но именно всё то, что сделало Грудинина крайне спорным кандидатом для левого электората и для актива КПРФ, одновременно делает его крайне удобной фигурой для партийных руководителей, продвинувших его на данную позицию. Логика электоральной политики и логика внутрипартийной борьбы оказались, в данном случае, не только различными, но и прямо противоположными.

К своему XVII съезду КПРФ пришла в состоянии тяжелого кризиса, когда низовые партийные организации (особенно на районном уровне) не скрывали своего недовольства политикой руководства. Партия, которая в 1990-е годы была не только самой крупной в стране, но и претендовала на роль единственной "настоящей" политической организации, существующей на основе собственной членской базы и имеющей собственную, хоть и не всегда внятную идеологию, в 2000-е годы теряла позицию за позицией. И даже сохранив формально статус второй партии России, КПРФ постепенно и последовательно утрачивала влияние. Её фракции в Государственной Думе и региональных собраниях неуклонно сокращались, численность организации падала, партию потрясали расколы, в ходе которых её покидали целые организации (результатом этих расколов стало появление альтернативных формирований — "Коммунисты России" и Объединенная коммунистическая партия).

Выборы в Государственную Думу в 2016 году оказались крайне неудачными, хотя КПРФ и смогла сохранить формальное второе место, но разрыв между ней и Либерально-демократической партией В.В.Жириновского был минимален.

Отчасти такое положение дел можно объяснить давлением, которое на КПРФ оказывала власть, отстаивавшая интересы "Единой России". Однако невозможно не видеть, что сама тактика партии была очевидно беззубой, политические кампании сводились к ритуальным и формальным мероприятиям. Продвижение на депутатские позиции коммерсантов, в благодарность бравших "на буксир" партийные отделения, стала обычной практикой.

Не удивительно, что значительная часть активистов и сторонников КПРФ была недовольна происходящим и жестко критиковала бессменного партийного лидера Геннадия Зюганова. Недоумение вызывали и многие высказывания Геннадия Андреевича, посвященные нежелательности революций и благотворности консервативных традиций. В свою очередь руководство партии до поры игнорировало нарастающее недовольство, но сдерживать его бесконечно не было никакой возможности.

При том, что внутрипартийная оппозиция была весьма многочисленной, её не объединяла ни идеология, ни программа, ни политическая стратегия, ни даже альтернативная фигура или группа лидеров. Их объединяла лишь негативная фокусировка на фигуре Зюганова, с которым они связывали все неудачи и провалы последних лет. Как опытный аппаратчик, Геннадий Зюганов прекрасно понял расклад. Выдвинув вместо себя Павла Грудинина, он "расфокусировал" оппозицию. К этому выдвижению никто в партии не был готов, всё провернули примерно за полтора месяца. Тот факт, что Грудинин был неизвестен активу и членам партии, конечно, не способствовал его популярности в качестве кандидата, но непосредственно на съезде играл против оппозиции. В пользу Грудинина аргументов было мало, но и против него сказать было особо нечего — ни деталей его биографии, ни его политических взглядов, ни его планов делегаты просто не знали.

Противники партийного руководства были дезориентированы, не смогли выработать общего мнения по этой кандидатуре и предпочли отмолчаться (11 голосов против Грудинина при тайном голосовании было всё же подано, а в кулуарах региональные лидеры партии не скрывали своего возмущения, но публично высказаться не решились, кроме нескольких наиболее известных и наиболее самостоятельных деятелей).

Тем не менее проблема кризиса КПРФ не только не снята, но и в перспективе усугубляется. Пресса свидетельствует о нежелании многих организаций и активистов участвовать в кампании Грудинина (В качестве одного из примеров можно привести опубликованную в сети разнарядку московского горкома КПРФ, фактически принуждающего низовые организации к участию в кампании). Хотя кандидат набрал некоторое количество сторонников и даже энтузиастов, он оказывается по ходу кампании не просто чуждой, но и крайне отталкивающей фигурой для ядерного электората КПРФ. Его заявления о гарантиях для частной собственности, выкупе приватизированных предприятий, о соединении монархистов и коммунистов могут привлечь определенный тип избирателей, но ортодоксальных членов партии они пугают. По ходу кампании недоверие партийного актива и рядовых сторонников партии к кандидату не только не сокращается, но напротив, растет. Обретая избирателей "на стороне", Грудинин не столько расширяет электорат КПРФ, сколько смещает его. Но нет никаких оснований предполагать, будто после выборов избиратели Грудинина автоматически "конвертируются" в новый электорат партии, тогда как старый электорат будет частично потерян и частично деморализован.

Деморализация провинциального электората КПРФ создает для партии долгосрочные проблемы, которые не только не будут сняты после выборов, но, скорее всего, напротив, обострятся, когда будут подведены итоги голосования. В отличие от привычного Зюганова, которого не любят аппаратные низы, но которого помнят и знают рядовые избиратели, Грудинин не может рассчитывать на инерционную лояльность тех, кто год за годом выбирал КПРФ. Позиционирование Грудинина как эффективного хозяйственника из Подмосковья, нисколько не делает его интересным и симпатичным для челябинских рабочих или костромских пенсионеров, скорее — наоборот.

Конечно, если бы Грудинин начал харизматическую кампанию с ежедневными массовыми митингами в провинциальных городах, ситуация могла бы обернуться в его пользу (можно было бы с нуля создать нужный образ кандидата). Но поездки Грудинина в регионы носят в основном формально-протокольный характер, не предполагают живого непосредственного общения с активистами. Не предпринимается ни малейших попыток развеять их сомнения. Напротив, вся кампания явно ориентирована на другую среду, на людей не имеющих ни опыта в политике, ни связей с левым движением, ни интереса к его идеологии. В тактическом смысле подобный подход может иметь свои позитивные стороны: на фоне сокращения электората КПРФ есть смыл переключиться на других избирателей. Однако это могло бы сработать лишь в том случае, если бы у партии и кандидата была долгосрочная стратегия. Напротив, в условиях, когда кандидат явно не строит планов на будущее, а у партийного руководства не видно осмысленной стратегии, возникает малоприятная для партии перспектива, когда кандидат после выборов вернется к своему сельскохозяйственному бизнесу, а партийный аппарат вынужден будет разбираться с раздраженными и деморализованными сторонниками.

Не удивительно, что кампания Грудинина в регионах натолкнулась на две непреодолимые преграды: нежелание низового аппарата КПРФ раскручивать подобного кандидата и неспособность самого кандидата соответствовать такому имиджу, который мог бы мотивировать людей голосовать за него. Только очень наивные люди могут думать, будто массу провинциальных избирателей КПРФ способны впечатлить посты столичных политологов, одинаковыми словами расхваливающих кандидата. Дискуссия в Интернете, где у Грудинина в самом деле появилось некоторое количество энтузиастов-сторонников, никак не влияет на настроение массового оппозиционного избирателя, который либо не просматривает соответствующие соцсети, либо не доверяет им. Данная пропаганда, основанная на бесконечном повторении одних и тех же аргументов и формулировок, оказывается крайне утомительной в больших количествах. В качестве опытного хозяйственника, Грудинин должен был бы сосредотачиваться на обсуждении конкретных проблем и на специфических методах их решения, постоянно меняя темы для обсуждения. Однако этого не происходит.

Вполне понятно, что Грудинин, как практик, проведший много лет в бизнесе, может сказать много дельного, но он оказался неспособен сказать ничего мотивирующего. Проблема здесь даже не в словах и не в содержании речей, а в том эмоциональном и психологическом фоне, который эти слова создают. Привести большое число новых избирателей на выборы Грудинин не сможет, он должен либо попытаться убедить традиционный электорат КПРФ не отказывать ему в доверии, либо стараться оторвать избирателей у "главного кандидата", действуя через традиционные каналы массовой информации более или менее подконтрольные власти. Судя по тому, как разворачивались события в январе, основная ставка делается штабом кандидата именно на второй подход. Отсутствие возможности массированного использования государственных и окологосударственных каналов фактически лишает кампанию серьезной перспективы, а их открытие для Грудинина заставляет коммунистический электорат воспринимать его как провластного кандидата Это фактически лишает кампанию серьезной перспективы.

Новая фигура, чтобы всерьез изменить ход игры, должна избирателя не столько убедить, сколько удивить. Единственное, чем кандидат КПРФ может реально мотивировать избирателя, это занять по факту нишу Навального, развернув агрессивную антикремлевскую пропаганду и доказав, что он не только представляет реальную содержательную альтернативу, но, главное, в самом деле жаждет власти. Однако таким поворотом он поставит под удар свой бизнес и все соглашения, которые привели его на позицию кандидата в президенты. К тому же волю к власти очень трудно симулировать, а неудачная игра может лишь отталкивать публику.

Ясно, что идея сделать кандидатом от левой партии предпринимателя, пусть даже и социально ответственного — откровенно провальная. По сути это продолжение той же логики, что привела к провалу проекта "Справедливая Россия" — создавать левое крыло политического спектра страны без левых и против левых. В качестве объединяющей фигуры для левых Грудинин также оказался персонажем не просто слабым, но явно негативным. А возможный провал Грудинина вместо того, чтобы повысить притягательность КПРФ в качестве оппозиционной партии, лишь усугубит её кризис.

***

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

***

Источник

***

ЕЩЕ ПО ТЕМЕ

Мавр сделает своё дело…

Зюгановщина как могильщик КПРФ и России

Степан Сулакшин о КПРФ: верхи не могут, низы не хотят

За какого Сталина голосуют в Интернете?

Популярное
Обсуждаемое
Рекомендуемое

Loading...